Log in

16 декабря 2019 года, 15:58

Портрет «французской графини»

Портрет «французской графини»

Париж, 1887 год. В одной из библиотек найдены и опубликованы дневниковые записи молодой россиянки Марии Башкирцевой, умершей во Франции за три года до этого. Они мгновенно становятся литературной сенсацией. Еще бы! В них впервые внутренний мир ребенка, девушки, молодой женщины раскрывается на редкость искренне и правдиво. В «Дневнике», удивительно откровенном и искреннем, читатели находили многое – от детских мечтаний и фантазий до настоящего понимания мира, от страстного желания славы до понимания всей ее тщетности, от предчувствия любви до ее невероятных глубин. А читателями были и Эмиль Золя, и Анатоль Франс, которые искренне восхищались безыскусными строками, написанными юной россиянкой. И знаменитый Мопассан, который переписывался с ней, еще не зная, кто она. Узнав о ее смерти, он сказал: «Это была единственная роза моей жизни, чей путь я усыпал бы розами, зная, что он будет так ярок и короток».

Опубликованный на французском языке, «Дневник» вскоре был переведен почти на все европейские языки, в том числе на русский, и на рубеже веков дважды издавался в России, где получил высокую оценку таких выдающихся представителей российской культуры, как Брюсов и Репин, Бунин и Чехов. Марина Цветаева свой первый сборник стихов «Вечерний альбом» посвятила «блестящей памяти Марии Башкирцевой». Так что «Дневник» сделал имя Марии знаменитым на родине.

Во Франции же любители изобразительного искусства и раньше знали Марию Башкирцеву как прекрасную художницу. Она оставила более 150 картин и около 200 рисунков. Большую часть их после двух выставок, устроенных в Париже Французским обществом женщин-художниц, приобрели музеи Франции и Америки. Ее лучшие картины находятся в Люксембургском музее Парижа, а в одном из музеев Ниццы есть отдельный зал ее работ.

Несколько картин Башкирцевой было привезено на родину. Некоторые из них хранятся в Русском музее и Третьяковской галерее, другие в днепропетровском, саратовском, харьковском художественных музеях. И это только то, что сохранилось, потому что много картин погибло в огне и Первой, и Второй мировой войны. Работы Марии Башкирцевой никого не оставляют равнодушным. У нее был свой необыкновенный взгляд на мир, ее полотна проникнуты любовью ко всему, что ее окружает, светлой тоской по прекрасному. Его Мария искала во всем, что окружало ее. Она превосходно играла на рояле, цитре, арфе, гитаре, обладала выдающимся, редким голосом и незаурядным драматическим талантом. И в совершенстве владела французским языком, изучила еще пять, в том числе древнегреческий и латынь.

Короткая, но яркая, во многом драматическая история жизни Марии Башкирцевой – предмет особого разговора. Здесь же важно лишь подчеркнуть неза-

урядность и разностороннюю талантливость россиянки, ставшей значительной фигурой не только в отечественной, но и в мировой культуре. Как хотелось бы протянуть хоть тонкую нить между художницей и нашим городом, где она пополнила бы красочный букет выдающихся личностей, связью с которыми мы гордимся. Увы, трудно, почти невозможно отыскать эту нить. Рано увезенная за границу, Мария в России бывала редко, а на Северном Кавказе никогда. О наших местах она не упоминала ни в своем дневнике, ни в письмах. Кавказских мотивов не увидишь ни на одном из ее полотен. Выходит, что нет этой связи. Нет!

И все же не будем терять надежды. Оказывается, в парижском музее Орсе можно увидеть изображение очень милой молодой женщины на картине Марии Башкирцевой, под которой стоит подпись «Портрет Дины Тулуз-Лотрек». Ну и что? Графский род Тулуз-Лотреков был хорошо известен во Франции, и художница вполне могла нарисовать одну из его представительниц. Но Дина… Биографы Башкирцевой хорошо знают, что так звали двоюродную сестру и подругу детства Марии. А какое она имела отношение к знаменитому графскому роду? Оказывается, самое прямое. Только не к французской, а к русской ветви Тулуз-Лотреков.

В конце минувшего века пятигорские краеведы с удивлением выяснили, что в нашем городе довольно долго жил граф Александр Тулуз-Лотрек, чей прадед переехал из Франции в Россию. И не просто жил – в Пятигорске он женился на Эмме Баум, сестра которой была замужем за Дмитрием Философовым, троюродным братом Михаила Юрьевича Лермонтова. Факт этого родства хорошо известен, о нем писалось неоднократно. А вот о судьбе Эммы не говорилось ничего, в крайнем случае бегло упоминалось о том, что после смерти супруга она осталась одна.

Однако это не соответствует действительности. Эмма ушла из жизни на несколько лет раньше мужа. Об этом нигде прямо не говорится, но судите сами. В родословных записях указывается, что у пятигорского Александра Тулуз-Лотрека была вторая жена, которая стала приемной матерью его детям. Причем поженились они в том же самом 1886 году, когда у Эммы родился сын. Эти факты недвусмысленно говорят, что первая супруга Александра умерла при родах или очень скоро после них. И, чтобы не оставлять новорожденного и его пятилетнюю сестру без женской опеки, отец сразу же женился снова, причем на своей двоюродной сестре – Евгении (Дине) Бабаниной. Очень вероятно, этот новый брак был заключен по совету или даже по настоянию его матери. Ведь она тоже была из Бабаниных, и Дина приходилась ей родной племянницей.

Таким образом, протянулась линия связи Тулуз-Лотреков с этим старинным дворянским родом, давшим России немало видных личностей, в том числе и двоюродную сестру Дины, Марию Башкирцеву. И желанная нить, соединившая с ней наш город, где много лет жила жена, потом вдова графа.

Ставший материальным выражением этой связи портрет своей родственницы и подруги детства художница нарисовала в 1883 году, когда Дина, еще незамужняя, находилась вместе с ней во Франции. Ну а титул в подписи был добавлен, видимо, позднее, когда, после смерти Марии, портрет выставили в музее.

Вадим ХАЧИКОВ,

заслуженный работник культуры РФ.