Log in

27 июля 2021 года, 02:31

Уж замуж невтерпеж

Мария Петровна старательно выводила буквы, перечитывала написанное, комкала листок и выбрасывала его в мусорную корзину. Никогда не думала, что так трудно составить объявление в «Клуб знакомств». Расхвалить себя и при этом написать «скромная» было бы неправильно, прикинуться серой мышкой не хотелось - кто на такую позарится?

Вот и мучилась, как вместить в лаконичные строчки объявления всё: и статную фигуру, и лучистый, не по возрасту, взгляд карих глаз, и достоинства умелой хозяйки-рукодельницы. Но самое главное, как передать нерастраченную нежность, страстное желание встретить и обогреть одинокого мужчину, тоже страдающего от одиночества? Хотелось, чтобы он был без вредных привычек и материальных проблем, не какой-нибудь шалтай-болтай, а с серьезными намерениями.

С гулко бьющимся сердцем заполняла шестидесятилетняя вдова купоны объявлений.

Шло время. По три раза на день проверяла Мария Петровна почтовый ящик, но писем от потенциальных женихов не было.

Вдова уже потеряла надежду, как вдруг однажды обнаружила в ящике сразу несколько конвертов с незнакомыми адресами.

Жизнь приобрела новый оборот. Затеплился интерес. Завязалась переписка. Начались телефонные звонки, ожидание встречи.

Первым приехал знакомиться офицер в отставке Вадим Леонидович. Прямо с порога он накинулся с поцелуями. Мария Петровна, не ожидавшая такого напора, отстранилась.

- Я, может быть, покажусь старомодной, - сказала она, - но хотелось бы сначала познакомиться поближе, узнать о вас побольше.

Вадим Леонидович был обескуражен.

- Мы с вами - взрослые люди, - сказал он, закусывая водку курочкой, с любовью запеченной Марией Петровной. - Прежде всего, надо проверить друг друга на совместимость. Понимаю, женщине нужна прелюдия. Тут я к одной сватался, тоже по объявлению, так она мне целый экзамен устроила: «Вы читали Пикассо?» - Вадим Леонидович громко засмеялся. - Хорошо, что еще не спросила, знаю ли я Гегеля и Фейербаха, который вместе с мутной водой выбросил из ванны ребенка! - Он налил себе рюмку до краев.

«Что он мелет? Какой Гегель? Какой ребенок в ванне?» - с ужасом подумала Мария Петровна.

Закончив с сытным обедом, пили чай с тортом, который Мария Петровна украсила вензелем «В. Л.», и шоколадкой, принесенной Вадимом Леонидовичем.

- Я вас понимаю, Мария Петровна, - сказал он, придирчиво оглядев ее талию, на которой едва сходились завязки от фартука. - Лишние килограммы - серьезный барьер для решения супружеских проблем.

«Так он еще и невоспитанный циник!» - вскипела Мария Петровна.

Она встала перед женихом каменной стеной.

- Не смею больше утомлять вас! - Вадим Леонидович откланялся и скрылся за дверью.

Мария Петровна опустилась на стул и долго сидела, не зажигая света. Первый блин оказался комом.

Рука невольно потянулась за следующим письмом.

Владимир Александрович приехал через десять дней на своем стареньком «Жигулёнке».

Тихий, скромный, весь такой неприметный, без комплексов. Ему сразу понравилось все: и дом, и хозяйка, и закрома-погреба с разносолами. Наутро он вызвался управляться с хозяйством. Подсыпал зерна курочкам, уткам и гусям, налил им свежей воды, запарил комбикорм поросятам.

Мария Петровна тем временем напекла блинов, подала их со сметаной и растопленным сливочным маслом.

Владимир Александрович нахваливал хозяйку. О себе он особо не распространялся, сказал, что развелся, квартиру оставил жене, а сам снимает угол у восьмидесятилетней старушки за то, что помогает ей в огороде. Взрослая его дочь живет в соседнем селе с мужем и детьми.

Еще сказал, что подрабатывает частным извозом на машине. Клиентов немного, но всё же прибавка к скромной пенсии.

Неделя пролетела незаметно. Мария Петровна старалась как можно вкуснее угостить гостя.

- Может быть, совсем ко мне переедешь? - смущаясь, предложила она.

- Совсем - не могу, - ответил Владимир Александрович. - Я кредит взял на ремонт машины, пока не погашу, не смогу местожительство сменить. Мне и сейчас торопиться надо внести в банк очередной взнос.

«Кто же ему поможет, кроме меня?» - подумала сердобольная вдова и кинулась по знакомым занимать деньги. Она и свою пенсию с книжки сняла, чтобы помочь Владимиру Александровичу погасить долг.

В банк они поехали вместе.

- Ты, Маша, в машине посиди, я сейчас, - сказал Владимир Александрович и скрылся за дверью.

Вернулся быстро. На лице сияла довольная улыбка. Остановились у магазина. Мария Петровна накупила всяких продуктов для праздничного ужина.

Они уже почти подъехали к ее дому, как раздался звонок мобильного телефона мужчины. Закончив разговор, Владимир Александрович помрачнел.

- Какое несчастье! Зять по неосторожности котел взорвал, сейчас в больнице, с ожогами. Завтра поеду проведывать. Деньги нужны, врачам заплатить.

Мария Петровна с трудом подбирала слова утешенья, а наутро собрала сумку со снедью, дала денег.

Владимир Александрович вернулся через два дня. Сказал, что на повторную операцию нужны еще деньги.

Пришлось зарезать кабанчика и двух гусей, продать на рынке.

Через неделю вдова снова собирала суженого в дорогу.

Однако этим дело не кончилось: несчастья так и сыпались на голову Владимира Александровича - то племянник сломал руку, то бабушка, у которой он снимал угол, попала в онкологический центр, то старший сын дочери разбился на машине.

Мария Петровна обладала тонкой интуицией. Закралось ей в душу какое-то смутное сомнение. Женщина умная и наблюдательная, она заметила, что Владимир Александрович ни на секунду не расставался со своим телефоном, даже когда шел бриться. А тут, когда про аварию с внуком узнал, вышел во двор, а телефон на столе забыл.

Заливаясь краской стыда, Мария Петровна набрала номер дочери Владимира Александровича, чтобы узнать подробности случившегося и спросить, что нужно передать.

Она услышала то, о чем втайне догадывалась. Дочь сказала, что все у них в порядке, никто котел не взрывал, в больнице не лежал, в аварию не попадал. И кредит Владимир Александрович никакой не брал.

- Вы, наверное, женщина хорошая, - сказала дочь, услышав в трубке, как тяжело вздохнула и запричитала собеседница, - он мне про вас рассказывал. Но отец уже не первую обманывает. Знакомится по объявлению и начинает бабам «мозги пудрить». Мне так за него стыдно…

Для Марии Петровны разрыв был жестоким ударом. Лжи и предательства она не могла простить. Потрясенная до глубины души женщина подолгу сидела одна у окна. Земля, казалось, заснула под белой снежной одеждой. Сквозь туман проглядывало неяркое зимнее солнце, словно очерченное циркулем. На фоне снега алели гроздья калины. Она специально оставила их для птиц. Птицы прилетали обычно утром, проворно скакали по веткам, и это вселяло надежду на то, что не все еще потеряно.

Следующим претендентом на руку и сердце Марии Петровны стал новоиспеченный пенсионер Петр Гаврилович. Бодрый, подвижный, сухопарый, он сразу понравился ей.

Но одно смущало: жених был просто зациклен на заботе о своем драгоценном здоровье. Оно, конечно, замечательно - вести здоровый образ жизни. Но когда с утра до вечера разговоры сводятся только к тому, что и где болит, да как лечить недуги с помощью проверенных народных средств, это любого выведет из себя.

Петр Гаврилович проращивал не только пшеницу, но и гречку, овес, горох, сою и фасоль. Он где-то вычитал, что это крайне полезно, восстанавливает даже седину.

В холодильнике некуда было поставить буженину и котлеты, все полки были заняты мисочками с прорастающими злаками.

Утром борец за могучее здоровье варил себе овсянку на воде, добавляя чайную ложку оливкового масла, которое привез с собой в маленькой бутылочке. Вечером он подмешивал в кефир отруби и наслаждался этим безмерно полезным, по его словам, «лакомством», в то время как Мария Петровна пила чай с ватрушками.

Когда оливковое масло закончилось, Петр Гаврилович засобирался домой, а Мария Петровна еще неделю отмывала ванну, потемневшую от скипидара и травяных настоев.

Наступили по-весеннему погожие деньки. В талом снегу, поблескивая в лучах яркого солнца, тонко и певуче зазвенели серебряные ручейки. Острое зеленое жало травяного листика прошило прошлогоднюю отжившую листву.

Мария Петровна распикировала в теплице рассаду помидоров и стала ждать встречи еще с одним адресатом, который жаждал знакомства и общения, как он написал в письме, на серьезные темы.

Оказалось, что этот новый знакомый был всецело поглощен верой в Иегову. Вечерами гость проводил с Марией Петровной долгие беседы о поиске смысла жизни, под которые она засыпала. Он расхваливал потусторонний мир, но ей и земную жизнь делить с ним не хотелось.

Разочаровавшись в свидетеле Иеговы, вдова вспомнила о переписке еще с одним загадочным пятидесятипятилетним мужчиной. В ответ на скромные послания Марии Петровны он присылал ей письма, полные таких слов, от которых замирало сердце. «Хочу поблагодарить тебя за то, что ты появилась в моей жизни… Я понял, что ты именно тот человек, с которым я готов пройти жизненный путь до конца… Мы нашли друг друга на большой земле, мы - две половинки одного сердца! Я готов делить с тобой горе и радость!»

Мария Петровна перечитывала эти послания и млела от пылких признаний. Ей в жизни никто не говорил, а тем более не писал таких слов.

Она рискнула и пригласила этого Ромео в гости. Одет он был в модную куртку и щеголеватый костюм. Широкополая шляпа, белый шарф. Галантен, вежлив, учтив. Взгляд цепкий, пронзительный. А слова - слаще меда…

Ошеломленная Мария Петровна растаяла и дала волю своим чувствам. Всю неделю она не сводила с нового знакомого влюбленных глаз.

Но однажды, проснувшись, обнаружила, что он исчез, прихватив золотую цепочку, подаренную ей покойным мужем, и кусок сала из холодильника.

Еще какое-то время вдова вспоминала жаркие объятья и поцелуи этого «мерзкого альфонса», как она мысленно называла визитера, а потом забыла о нем.

Время срывало листки с календаря. Загудели пчелы над ликующими вишнями, полыхнуло бело-розовое зарево яблонь. Весна королевой шла по земле, наполняя мир теплом, радостью и надеждой.

Мария Петровна была не из тех женщин, что пасуют перед трудностями. Жизненные осечки не пугали ее. Наоборот, добавляли сил, чтобы идти вперед и добиваться своего. Ведь она точно знала, что где-то ходит по земле уставший от одиночества мужчина, способный оценить ее преданность и верность.

Она мечтала встретить простого, заботливого мужика, которому нужна ее душа, а не кошелек.

Про себя вдова не уставала повторять услышанную однажды по телевизору фразу: «Если сердце бьется для кого-то, значит, этот кто-то должен быть!»

Устроившись поудобнее, Мария Петровна пододвинула к себе настольную лампу и на чистом листе стала уверенно писать новое объявление в «Клуб знакомств». Теперь она уже не бросала скомканные листки в мусорную корзину.