Log in

23 апреля 2018 года, 08:57

Сусанна БАГРАМЯН

Литературная страница

До окончания учебного года в «Слове» осталось три месяца. В апреле слушателей литобъединения «Слово» ждет творческая встреча с членом Союза писателей России Новомиром Петровичем Зарембо. Сорок лет назад он взял в руки перо и написал свое первое в жизни стихотворение. С этого началась его насыщенная творческая биография. В мае состоится встреча с поэтом Анатолием Андреевичем Филатовым, имя которого хорошо известно на Кавказских Минеральных Водах. В сентябре ему исполнится 80 лет! В июне запланирован мастер-класс с членом Союза писателей России Владиславом Пантелеевичем Будариным.

В своем вступительном слове к сборнику «Родина моя, Родина…» автор пишет: «Слава Богу, что есть вокруг меня люди, живущие по Божеским заповедям, болеющие, как и я, Россией. Это придает мне уверенность, что наши трудности временны, что не деньгами богат человек, а душою».

Напоминаем: заседания литобъединения «Слово» проводятся каждое третье воскресенье месяца (кроме июля и августа) в Доме Алябьева в 11 часов. Поздравляем христиан с наступающим Светлым Христовым Воскресением!

Сусанна БАГРАМЯН,

руководитель литобъединения «Слово» имени Эффенди Капиева при газете «Кавказская здравница».

Эссе

В ком острый ум и доброта едины были

А. Чехонте, Брат моего брата, Человек без селезёнки – под этими и другими псевдонимами российские и зарубежные читатели знают и чтут великого писателя и драматурга Антона Павловича Чехова. Его до сих пор читают дети и взрослые, люди разных профессий, увлечений и судеб.

Он родился 17 (29) января 1860 года в городе Таганроге в семье купца третьей гильдии, владевшего бакалейной лавкой. Семья была небогатой, и Антону Павловичу вместе со своими братьями приходилось с детства помогать отцу зарабатывать на жизнь.

Музыка, книги и театр с детства вдохновляли А. П. Чехова на творчество. Ещё учась в гимназии, юный писатель создавал свои первые юмористические рассказы, иногда дополняя их рисунками. Конечно, перу писателя принадлежат не только весёлые произведения, но и серьёзные, раскрывающие трагизм личности, ситуаций и жизни вообще. Особенно этот трагизм прослеживается в его рассказах, посвящённым проблемам крестьянского быта. А в 70-е годы ХХ века А. П. Чехов увлёкся драматургией. В этой области творчества ему удалось сразу же стать новатором: его отвращала сюжетная искусственность, излишняя театральность, и вместо этого он акцентировал внимание на обыденных событиях из жизни героев, на их привычных действиях, на обычных человеческих чувствах и эмоциях. Он говорил: «На сцене все должно быть так, как в жизни: люди обедают, только обедают, а в это время слагаются их жизни и разбиваются их сердца».

Кстати, считается, что А. П. Чехов стоял у истоков трагикомедии. Его работа в качестве драматурга оказалась плодотворной: уже более ста лет из репертуаров российских и зарубежных театров не уходят такие пьесы, как: «Чайка», «Вишнёвый сад», «Три сестры». Немалый вклад в популяризацию пьес А. П. Чехова сделали великие театральные режиссёры и педагоги К. С. Станиславский и Вл. И. Немирович-Данченко. Кстати, в настоящее время имя А. П. Чехова носят 9 театров, один из которых – Московский художественный театр имени А. П. Чехова, которым в течение последних 18 лет руководил недавно ушедший из жизни советский и российский актер, режиссёр и педагог, обладатель множества званий и наград, Олег Павлович Табаков.

Антон Павлович Чехов умел поразительно тонко и точно подмечать человеческие недостатки. В своих многочисленных произведениях (всего за 25 лет творчества писатель создал более 300 таковых) он высмеивал эти недостатки у самых разных людей, независимо от их чина, профессии и благосостояния. Практически не существовало таких тем, которые не затрагивал Антон Павлович в своём творчестве. Особенно часто он писал об особенностях, странностях и парадоксах любовных и семейных отношений, а также отношений между руководством и подчинёнными на работе. Надо сказать, то, на чём акцентировал внимание писатель, не потеряло своей актуальности и сегодня, поэтому его творения можно по праву назвать вечными. Кроме того, этого великого сатирика можно даже в какой-то мере назвать пророком. Хочется привести строки из его рассказа «Скука жизни»: «Скоро химически будут приготовлять молоко и дойдут, пожалуй, до мяса! Да! Через тысячу лет в каждом доме вместо кухни будет химическая лаборатория, где из ничего не стоящих газов и тому подобное будут приготовлять всё, что хочешь!» Вот и скажите после этого, что Антон Павлович был не прав: разве не такова теперь наша реальность? Впрочем, удивляться нечему, ведь писатель был человеком науки, и, соответственно, был человеком продвинутым и дальновидным.

Известно, что А. П. Чехов, невзирая на свою писательскую славу, по профессии был далеко не филологом, а врачом. Учился он в университете, который теперь носит название Первый МГМУ им. Сеченова. Его преподавателями были великие врачи Н. В. Склифосовский и Г. А. Захарьин. Современники Чехова отмечали его большую любовь к врачеванию и очень трепетное отношение к душевному состоянию больных. А. П. Чехов был уверен, что профессия врача должна быть именно гуманной, а не чисто технической. Кстати сказать, Звенигородская больница, в которой работал и которую некоторое время возглавлял писатель, теперь носит его имя.

Антон Павлович Чехов очень любил и ценил жизнь во всех ее проявлениях. Нетрудно заметить, что в своих произведениях он презрительно, критически относился к тем, кто не хочет или не умеет наслаждаться ею в полной мере. Как ни парадоксально, но он умел сочетать в себе, казалось бы, несочетаемое: врача и писателя, критика, сатирика и доброго, жизнерадостного человека. Он сам шутливо подмечал: «Вы советуете мне не гоняться за двумя зайцами и не помышлять о занятиях медициной. Я не знаю, почему нельзя гнаться за двумя зайцами даже в буквальном значении этих слов? Были бы гончие, а гнаться можно… чувствую себя бодрее и довольнее собой, когда сознаю, что у меня два дела, а не одно. Медицина – моя законная жена, а литература – любовница. Когда надоест одна, я ночую у другой. Это хотя и беспорядочно, но зато не так скучно, да и к тому же от моего вероломства обе решительно ничего не теряют…» Конечно, немногие люди два больших дела могут делать столь хорошо, насколько делал это А. П. Чехов. Разумеется, из своей медицинской практики писатель тоже черпал идеи и сюжеты для своих рассказов – таких, как, например: «Человек без селезёнки», «Хирургия», «Палата № 6», «Сельские эскулапы», и это далеко не полный список.

Антон Павлович Чехов прославил не только самого себя, но и многих деятелей киноискусства. Например, кинорежиссёр и сценарист Исидор Маркович Анненский уже по окончании ГИТИСа и Академии при ГИКе, поставив в 1938 году кинофильм «Медведь» по одноимённой пьесе А. П. Чехова, сразу же получил всесоюзную славу и признание, и его творческий дебют до сих пор считается самым успешным за всю историю нашего отечественного кино. Также И. М. Анненским были сняты «Анна на шее» и «Человек в футляре», тоже по произведениям А. П. Чехова. А фильм «Свадьба» 1944 года был «собран» аж из четырёх творений писателя: по рассказам «Свадьба с генералом», «Перед свадьбой», по роману в двух частях «Брак по расчету» и по сценке «Жених и папенька». В этом фильме снялись известнейшие советские актёры: Алексей Грибов, Эраст Гарин, Зоя Фёдорова, Вера Марецкая, Сергей Мартинсон, Михаил Пуговкин, Фаина Раневская и др. К слову, в качестве творческого псевдонима Фаина Георгиевна взяла фамилию главной героини чеховской пьесы «Вишнёвый сад» Любови Андреевны Раневской.

Можно долго перечислять заслуги Антона Павловича Чехова перед своей Родиной, и кто знает, сколько бы ещё было им сделано, если бы не его смерть 2 (15) июля 1904 года. Ранее читалось, что писатель умер от туберкулёза, с которым он боролся много лет, однако, согласно последним исследованиям учёных из Великобритании, он умер в результате кровоизлияния в мозг. Антону Павловичу было всего 44 года, прямых потомков он после себя не оставил. Упокоился литературный гений на Новодевичьем кладбище в городе Москве. Несмотря на то, что этот великий писатель-сатирик, драматург давно ушёл из жизни, его творчество: реалистичное, честное, жизнерадостное, человеколюбивое, навсегда осталось с его почитателями многих поколений, и неизменно славит нашу отечественную – русскую литературу.

Валентина БЕРЕБЕН.

Притча

Белый аист

В небольшой деревеньке обитал белый аист со своей любимой. Каждый год он приносил молодым семьям по малышу, бывало, и двоих сразу. Затем поправлял родовое гнездо, и ждал с подругой потомства. В деревне аиста любили и всегда ждали: «Замечательный аист, заботится о своих детках, о любимой». Его гнездо устроено на высоком столбе, на старом колесе от телеги. Ещё совсем молодым аист видел, как хозяин дома подготовился к его прилёту: крепко приладил колесо к столбу, посмотрел в небо, улыбнулся, и остался доволен своей работой.

Так и жили люди и птицы – в мире и добре. Каждый занимался своими делами, а их невпроворот. Одно беспокоило: в суете будней белый аист не заметил, что во дворе играют соседские ребятишки, а своих детей в семье не было. Аист корил себя за своё невнимание к человеку: хозяин дома заботился больше о других детях, а своих малышей не имел.

Однажды аист устроился недалеко от распахнутого окна и увидел, как ещё молодая хозяйка стоит на коленях перед образами и просит Господа подарить ей ребёночка.

Аист задумался… Был он уже немолод, но решил, что обязательно исполнит просьбу этих добрых людей.

Время бежит быстро, особенно, у стариков: оно словно толкает их с горы. Утро – день – вечер – ночь, и снова утро. Время спешит, торопится, и за ним не угнаться. Аист решил непременно порадовать своих хозяев ребёнком, но чувствовал, что силы его покидают. Надо успеть!

Он летел над голубым озером: вот и его деревенька на горизонте показалась. Но озеро, казалось, становилось всё длиннее и длиннее. Аисту передохнуть бы, а потом продолжить путь дальше. Он крепко держал в клюве малыша, изо всех сил старался успеть долететь домой до первых звёзд. Печалился, что малышу холодно и голодно. Силы покидали благородного белого аиста, ему никогда не было так страшно – не за себя, за желанного первенца. Сам он прожил счастливую жизнь, любил своё потомство, кормил, ставил каждого на крыло. Все его аистята уже учат летать своих деток и даже внуков. Аист боялся, что крылья не удержат в небесах его и ценную ношу – малыша! Уже выбился из сил, как вдруг – о чудо! – с обеих сторон окружили его взрослые дети. Они подхватили отца-аиста с человеческим детёнышем и донесли до нужного дома. Попрощались и вернулись к своим семьям.

Обессиленный аист едва дополз до двери дома, и, напрягая силы, постучал длинным клювом в дверь, не надеясь на то, что кто-то отзовётся на этот, как ему показалось, слабый стук. Но в окне вспыхнул свет, и на крыльцо вышел хозяин дома. Постаревший и ослабленный дальним полётом, аист сполз со ступенек крыльца, и последнее, что он услышал, были слова:

– Дарья, скорее сюда! Смотри, какой подарок у нас на крыльце! Дождались! Родненький наш, как же мы тебя ждали!

На крыльце появилась хозяйка, совсем ещё не старая: она краем платочка вытерла глаза, по её щекам текли чистые капли – слёзы радости и умиления: «Дождались!».

Аист видел всё это в вечернем свете, взглянул на синее небо, которое так любил, на звёзды – они сияли сегодня особенно ярко. Порадовался за своих старших детей, которые ему помогли и не дали вместе с малышом сгинуть в волнах огромного озера.

Белый аист вздохнул, глянул на людей с ребёнком, и глаза его закрылись навсегда, а сердце перестало биться…

Анжелика ГАЙ.

Рассказ

Наконец у нас есть враг

Начала жена звонить, то есть разговаривать с подругой: какие-то десять минут по сотовому, а он раз… и вырубился. Она и так, и эдак, а он молчит. Тут я подключился. Звоню, куда следует, а мне говорят: «Вчера тариф изменился: был рубль двадцать, а сегодня – двенадцать рублей».

Это что же такое, граждане, в десять раз, на тысячу процентов! А нам говорят: инфляция – четыре процента. И это во время мирового кризиса, когда кругом цены рухнули на все услуги и товары, кругом всё стремительно дешевеет. А у нас, наоборот, повышение – всё вверх ногами! Вот и получается: свобода в шаговой доступности, в рамках прожиточного минимума.

Тут я вспомнил историю. После революции, в конце двадцатых годов начали на Соловки ссылать беспризорников, которых поймали на воровстве. Мировая общественность сильно возмутилась по поводу издевательства над несовершеннолетними детьми. И тогда Сталин поручил Горькому съездить на Соловки и рассказать, как дети учатся строить новую жизнь, как они хорошо живут и радуются. Заходит Горький в комнату, видит: сидит подросток, держит в руках газету и делает вид, что читает. А газету держит вверх ногами.

– Ты чего так газету держишь? – спросил у него Горький.

– А у нас всё здесь так, вверх ногами, – ответил он.

Может, и у нас тоже всё так, вверх ногами, не как у людей? Я, конечно, не понимаю, что происходит, но у меня сосед философом работает. Он мне рассказывал, что у них было раньше ПТУ, вы знаете, училище такое. А чтобы зарплату больше получать, они повысили статус и назвали его университетом. А ПТУ как было, так и осталось. Первомайское техническое училище – Первомайский технологический университет. Ничего не изменилось, кроме зарплаты. Я у него и спрашиваю:

– Скажи, Вань, что происходит? У нас инфляция четыре процента, а тариф на разговоры подняли в десять раз, на тысячу процентов!

– Понимаешь, Федя, мы поднялись в демократии ещё на более высокую ступень развития: раньше у нас было ручное управление, теперь мы перешли на управляемый хаос.

– Нет, это для меня мудрено – ты скажи простым языком, чтобы понятно было!

– Хорошо, – говорит он, – нам через окна Овертона подбросили когнитивный диссонанс.

– Ну, вот, теперь понятно: нам американцы втюхали, как всегда, какую-то заразу. Теперь мы отложим жизнь на потом, затянем пояса потуже и начнём бороться. Если есть враг – мы будем бороться до последнего. Как там – «мы за ценой не постоим», пусть повышают хоть на сто тысяч процентов!

– А кто у нас враг? – спросил я у него на всякий случай.

– То ли Игил, то ли Турция, да это в принципе неважно. Главное, чтобы был!

Альфред ДЕШАБО.

Поэзия

Юрий ЛЕБЕДИНСКИЙ

Крещение Руси

Тысячу лет не носили креста:

Русь отвергала явленье Христа.

Время язычества. Бог был – Перун –

Символ владычества, в море – Нептун.

В жертву порой приносили детей,

Варвары были, губили людей.

Сам князь Владимир язычником был,

«Братоубийца» – клеймо он носил.

В жертву Богам христиан он принёс,

Сына с отцом – ни за что – и под нож.

Женщин-красавиц в гарем забирал,

Сотню, не меньше, наложниц держал.

Он и с дружиной гулял, пировал,

Славу в походах войной добывал.

Земли хазар и булгар покорил,

Дань собирал и в казну приносил.

В битвах удача за ним – от клинка,

Но, а в душе затаилась тоска:

Он в Византии жену присмотрел:

Императрицу, не ниже хотел.

Братья согласны сестрёнку отдать,

Но без крещенья нельзя их венчать.

Князь Веру принял, народ покрестил,

Всех на Днепре киевлян окропил.

Так Христианство пошло по Руси,

С Верою в Господа крест понесли.

А князь Владимир причислен к Святым,

И красно солнышко светит над Ним!

 

Светлана КОТЕНКО

Христово Воскресение

В день Христова Воскресенья

В церкви льётся песнопенье.

Люд идёт со всех сторон

На пасхальный перезвон.

Приодевшись, с куличами,

С благодарными речами,

К храму движется народ

И детей с собой ведёт.

А они цветные яйца

Бьют и весело резвятся.

Бьют яичные бока

Кто с задором, кто – слегка.

Есть такое развлеченье

На Христово Воскресенье!

 

Елена ДОЛЖЕНКО

* * *

Молитва сердце нам откроет,

Просторы Неба и Земли,

И силы бывшие утроит,

Чтоб крылья Света отросли.

Молитва в сердце много стоит:

Она, как столп огня, вдали,

Она, как нить, она покроет

Пространство Неба и Земли.

 

Люма ГОДОВИКОВА

Капелька добра

Тот человек, что в мире растворён,

Всю бесконечность мира понимает,

Да потому, что кожей ощущает

Всё то, что плещет и клокочет в нём.

 

И я (как соль, попав в стакан воды,

Становится единою с водою) –

Слезами радости и горести умою

Все в мире человечества следы.

 

Ты «искрой божьей» в жизни наделён

Как в этом мире и любой, и каждый,

Так раздувай ту искорку отважно,

А не затаптывай в обыденность её!

 

Та «искра божья» – творчества полёт,

Что в каждом деле маяком быть может,

Что душу надвое вам не разложит,

А в мир добро с собою приведёт.

 

Пусть эта капелька добра мала,

Неощутима, как моё дыханье,

И всё же в нашем вечном мирозданье

Она прибавит ласки и тепла.

 

Анна ДЬЯКОНОВА

Ласковое слово

Ну что дешевле ласкового слова?

Не надо деньги за него платить.

Я слушать те слова всегда готова,

И музыка от них во мне звучит.

Волна души поднимется большая,

И силы в теле множатся стократ,

Дела все делаешь, не замечая,

Дарить добро всем хочется подряд.

Откуда скупость у людей такая

На ласковые, тёплые слова?..

Вы их дарите просто, не считая,

Мир добротой наполнится тогда!

 

Галина РЫБАК

В гостях у Счастья

Пригласи меня в гости, Счастье,

Посмотреть на твои просторы.

В череде житейских ненастий

Я забыла, как выглядят горы…

Как луна улыбается мило,

Ожидая от нас того же.

И как солнышко горделиво

Обещает нам день погожий.

Как росинки, в туман превращаясь,

Всё скрывают в утренней неге.

А потом, к облакам поднимаясь,

Чувства все отражают в небе.

Как на бабочку смотрит котёнок,

А она беззаботно порхает.

Как на свет появляется львёнок,

И что царь он, ещё не знает.

Как ручей, заливаясь, смеётся.

Как дельфины танцуют в море.

Как звезда красотой задаётся

Перед маком, скучающим в поле.

Я тебе благодарна, Счастье,

Что могу это всё понимать!

Обещаю отныне почаще

И тебя в свою жизнь приглашать…

 

Наталья ЧЕРНАКОВА

Монолог любящей женщины

Прогоню одиночество прочь,

Уступая сердечным порывам.

Проживи со мной целую ночь.

Я решила быть снова счастливой.


Проживи со мной несколько дней,

Где играет волна у причала…

Я хочу навсегда быть твоей,

Жизнь свою начиная сначала.

 

Ты в любви мне своей не клянись:

Страшно клятвами чувства разрушить.

Проживи со мной целую жизнь.

Лишь тебе я доверила душу.

 

Жалко только, что жизнь коротка.

Не истрачу ни дня на беспечность…

За строкою родится строка…

Проживи со мной целую вечность!

 

Анатолий ФИЛАТОВ

* * *

Люблю весну! Мне дороги и милы

Заречный лес – зелёное колье,

И солнца дар, и ветер пьяной силы,

И шелест трав на ласковой земле.

Как по весне волнуют и тревожат

Закат вечерний, утренний рассвет!

И верится подчас, Всесильный Боже:

Ты создал жизнь, а смерти в жизни нет!

 

Людмила ВАСЮК

О весне

Прошла давно уже последняя метель.

Весну, любя, несёт нам юноша-апрель.

Машук седой после зимы помолодел,

И песнь любви ему соловушка запел.

И слышится пасхальный колокольный звон,

Сливается с моей любовью к Пятигорску он.

Запела Арфа гимн космическим просторам.

Во всей красе весна предстала нашим взорам.

И песню звонкую поёт она сердцам влюблённым,

И мир несёт всем уголкам, столь отдалённым.

Весна в сердцах людей торжественно звучит.

Любовь к прекрасному все беды победит!

 

Елена ЯРОВАЯ

Весенние правила

Солнце светит ярко-ярко,

Раздаёт оно подарки:

Витамины и тепло,

Всем сегодня повезло!

На полянке снег растаял –

Первый пункт весенних правил.

И цветы спешат расти,

Распускаться и цвести.

Вверх деревья тянут ветви,

Чтоб согрелись и окрепли.

А меж веток воробьи

Спор весёлый завели.

Ах, весна! Пора цветенья,

Сил великих пробужденье

И волнение души:

Что б такое совершить?..

 

Любовь АЛИЗАРЧИК

Черемухи белые

А черёмухи белые снежили

Лепестками, нам в волосы путались.

Мы взаимными чувствами нежились

И влюблённо друг в друга кутались.

 

Укрывались туманом сиреневым,

Звёздным пледом ночами лунными.

В той далёкой уральской деревне мы

Были вольными, были юными.

 

Только мир изменился безоблачный,

И, впервые изведав подлости,

Мы расстались дорогой просёлочной,

Выбрав разные жизнеподобности.

 

Я стою всё у той же черёмухи,

Снежит вновь лепестковой порошею.

Белят волос ошибки и промахи.

Неизменно лишь в памяти – прошлое…

 

Юрий ТИМАШЕВ

Прощание с прошлым

Спичкой чирк – и вспыхнула бумага.

Буквы исчезают без следа.

Женщина у мусорного бака

С прошлым расстаётся навсегда.

 

Чемоданчик письмами заполнен

Под завязку – знать, была любовь.

А теперь, спокойно и без боли,

Отправляет их рука в огонь.

 

– Женщина! Простите... Я здесь лишний...

Вам решать... Наверно, Вам видней...

Но зачем казните эти письма?

Их заждался, может быть, музей...

 

Только ей мои увещеванья –

Как об стенку (что скрывать?) горох.

Кучка пепла – вот и все посланья.

Вскоре их развеял ветерок.

 

Где исток неведомой мне драмы?

Что пробило днище кораблю?

Разобрал лишь на обрывке малом

Неподвластное огню – «Люблю».

 

Светлана АГАРКОВА

О, поэтичность!

О, поэтичность, твой глубокий смысл

Пускай в себе сокроет все пороки,

И, мудрая, я набросаю мысль,

Задав загадку на лета и сроки.

И будет Время второпях лететь,

Столетья разбивая на осколки.

Пред Мудростью бессильна даже Смерть!

Как время пред улыбкою Джоконды…

Страницу подготовила Сусанна Баграмян.

Литературная страница

Скоро отступят зимние холода. На смену им придет весеннее тепло. Не за горами – Международный женский день. Сколько сюрпризов ждет женщин в этот праздник! Живые букеты цветов украсят их быт, поднимут им настроение. Милые женщины, поздравляем вас с наступающим праздником весны! Надеемся, что наше творчество, подобно потоку света, озарит ваши сердца!

Будьте любимы и счастливы!

Сусанна БАГРАМЯН,

руководитель литобъединения «Слово» имени Эффенди Капиева при газете «Кавказская здравница».

Литературная страница

Совсем недавно влилась в коллектив «Слова» Екатерина Кирьянова, но уже заинтересовала многих слушателей своим творчеством. Она родилась на Дону, в городе Белая Калитва. Стихи и рассказы пишет с юности. Печаталась во многих российских газетах и журналах, выпустила в свет десять книг. В произведениях ярко отражены сельские будни героев, курортные приключения, любовные переживания. Сегодня мы предлагаем вниманию читателей рассказ «Жили-были два соседа» из цикла «Михеевы байки». Уверены, что он не просто понравится многим читателям, но и поднимет им настроение. Хочется также отметить прозаиков – Альфреда Дешабо и Анжелику Гай. Их произведения периодически печатаются в «Кавказской здравнице». Каждый из них – по-своему индивидуален, старателен, общителен с коллегами по перу. В прошедшем году порадовали своих читателей книжными новинками: Николай Ященко, Светлана Котенко, Елена Долженко, Лев Докторов, Анна Дьяконова. Поздравляем их с этим знаменательным событием!

Сусанна БАГРАМЯН,

руководитель литобъединения «Слово» имени Эффенди Капиева при газете «Кавказская здравница».

Литературная страница

Летопись первого на Кавказских Минеральных Водах литобъединения начинается с 1938 года, а это значит, что в 2018 году «Слову» исполнится 80 лет! Весь год слушатели литобъединения будут работать над альманахом «Слово», выпуск которого запланирован на весну 2019 года, к 110-летию Эффенди Капиева, имя которого было присвоено организации в августе 2004 года.

Пейзажная лирика во все времена привлекала внимание любителей поэзии своей неповторимостью. Стихи-картинки – нередкие гости и в творчестве наших авторов. Тонко чувствуя окружающий мир, связь с родной землей, природу поэтического дара, они пропитывают свои произведения эмоциональностью, совершенствуя их из года в год.

Сусанна БАГРАМЯН, руководитель литобъединения «Слово»

имени Эффенди Капиева при газете «Кавказская здравница».

Поэзия

Светлана АГАРКОВА

Березы

О, русские берёзы,

В вас русская душа!

Вас гнут шальные грозы,

Огнём на вас дыша.

Вас треплет лихолетье,

А вы – в весёлый пляс.

Ведь русские – что дети.

И вы, берёзы, – в нас!

 

Виктор ХОРОЛЬСКИЙ

* * *

Вдоль побережья, кроною богатой

Раскинувшись у моря на виду,

Упёрся в небо головой кудлатой,

Как великан, лесной владыка – дуб.

И, заходя в его края случайно,

Пришедшие сюда издалека,

Ему свои нашёптывали тайны

Бродящие по свету облака.

Почти никто в его высотах не был.

Орёл парил там да синел утёс…

Видать, тому всегда доступно небо,

Кто глубоко корнями в землю врос.

 

Надежда БЕЛУГИНА

* * *

Утром проснулась – а всё замело.

В сказку попала – и дух захватило!

Белое небо, как будто крылом,

Белую землю надёжно укрыло.

В странных одеждах античных скульптур

В позе атлантов застыли деревья.

Там, среди белых и стройных фигур,

Небо держала сама королева.

 

Цвета другого не видно совсем,

Снегом пушистым зима забелила.

Будто средь нежных хожу хризантем.

Сад этот за ночь зима сотворила.

 

Чёрные крыши совсем замело,

Чёрные мысли забыли свой адрес,

А на душе и тепло, и светло,

Грусти былой и следа не осталось...

 

Светлана КОТЕНКО

Снег кружился

 

Снег не падал, а плавно кружился…

И в полёте, плетя кружева,

На холодную землю ложился –

Как его она долго ждала!

Плотный пласт загнивающих листьев

Ей так долго дышать не давал,

Но зато от коры старой струпьев,

И от хлёстких дождей укрывал.

Расстилаясь пушистою шалью,

Снег своей белизной ослеплял.

Я прощалась с осенней печалью –

Снег меня на стихи вдохновлял.

 

Люма ГОДОВИКОВА

* * *

Мой собеседник – белый лист.

Ему я изолью всю душу.

И оттого, что он так чист,

Я искренности не нарушу.

Я изолью всю жизнь мою

На эти белые страницы.

В ней много места журавлю,

Но дам я место и синице.

 

Всё было: горы и любовь,

Семья и выси вдохновенья,

Но, грешная, я вновь и вновь

Ловлю счастливые мгновенья:

 

Мне овевает душу снег,

Меня берёзка приголубит,

Или весенних чувств набег

Шальную милует и губит.

 

Природа мощною красой

К Парнасу дух мой поднимает

И, девой с русою косой,

Светло стихам моим внимает.

 

Елена ДОЛЖЕНКО

Мольба

Поэзия крылом коснулась –

И пал с небес нежнейший пух!

Я от касания проснулась

И мысль свою сказала вслух:

 

«Господь мой, дай Святую лиру,

Желаю петь я, как Орфей,

Идти, как Пилигрим, по миру,

Среди сестер – прекрасных фей»

 

Ответил тихо голос томный,

И на мольбу послал ответ...

Сам изменил мой стих «содомный»

На свой тождественный Завет...

 

Как факел плоть моя пылала,

Наполнив до краёв Сосуд,

Душа подобно воску стала,

Смиренная пришла на Суд!

 

Рудик АРУТЮНЯН

* * *

Я не держу стихи в секрете –

Кто хочет – может их читать,

Неважно, взрослые ли, дети –

От них мне нечего скрывать.

Затрагиваю темы часто

О дружбе, верности, любви,

О подлости и о коварстве,

О разных сторонах судьбы.

Пишу немало о природе

И о политике порой,

О силе нашего народа,

Кому Россия – дом родной.

Есть философские мотивы,

На басни мне хватает сил –

Не одержим я перспективой

Достигнуть уровня светил!

 

Новомир ЗАРЕМБО

Гармония

Зачем писать случайные стихи,

Бездумно прибавляя в мире хаос?

Туманность в небе, в поле васильки,

Как это всё в стихах перемешалось!

Нет, это грех – случайные стихи!

Зачем рождать ненужные слова?

Их и без нас,

пожалуй, слишком много:

Всё сказано – от чёрта и до Бога,

От хижины до Храма Покрова!

Зачем же вновь:

«Слова, слова, слова…»

Зачем искать в гармонии… ответ,

В неясных звуках,

тайный «промысл божий»?

Ведь если Мир –

всё в Мире уничтожит –

То Смысла нет и Песни – тоже нет!

Чего ж ты ищешь и поёшь, Поэт?!

 

Но… может быть, не зря она – тоска?

И поиск слов?

и «крестный путь поэта»?

Он жил, страдал, и падал, и… искал –

В Гармонии спасенья и ответа!

Нет, нет, не зря она,

вселенская тоска!

 

И, может быть, «есенинская грусть» –

Лишь отсвет Вечности,

печальный знак надежды,

Непостижимой, дальней?!..

Ну и пусть…

Кто прав, в чём Цель –

я спорить не берусь,

Но пусть зовёт «спасительная грусть»!

А я? Я буду петь, как пелось прежде.

 

Елена ЯРОВАЯ

Предчувствие

Стрелки хронометра сдвинулись с места,

Вновь в бесконечность отправился стук.

Жизнь нам с тобою досталась в наследство

Ровно под тот уплывающий звук.

 

Тает в пространстве мелодия ритма.

Строгий отсчёт предрекает итог.

Вновь на земле под защитой молитвы

Первый младенец свой сделает вдох.

 

Вновь по налитой груди роженицы

Первая капля сбежит молока.

Вслед за секундой секунда стремится,

Тоже подсчитана наверняка.

 

Знаю, хронометр времени тайну

От любопытного взора хранит.

Если узнаешь, то только случайно,

Мудрый о знании том промолчит…

 

Олег КУЛИКОВ

* * *

Да пусть красота

нас всегда окружает,

Прекрасные формы

наш дух ублажают!

Пусть радость нам

каждое утро несёт,

Ведь скоро увидим Великий Приход!

Мы сами свой жизненный выбор

свершаем,

И каждый свой путь

на Земле завершает…

Законно получим от Кармы своё,

И вновь устремимся

в наш новый полёт!

 

Николай НОВОСЁЛОВ

Атлас России

Подарили атлас мне.

Ну чего в нём только нет!

Океан, леса и степи,

Тундра, гор высоких цепи,

Льды и реки, синь озёр

И моря, равнин простор.

Словно в небе звёзд скопленья,

Вижу города, селенья.

Сотни лет они стоят,

В памяти своей хранят

Труд упорный, благородный,

Мир, сраженья, дым пожаров…

Жизнь людей и всей страны

В их названиях слышны.

А подарок не случайный:

Есть в нём книг любимых тайна,

Тянет к ним ещё сильней.

Старых не забыть друзей.

 

Юрий ТИМАШЕВ

* * *

Я с ними не дружил, порой на час

Дела какие-то сводили нас.

 

И если месяц – два их не встречал –

Не заползала в душу мне печаль.

 

Но вот и год, и два, и три их нет:

Как будто снегом запорошен след.

 

Пусть не дружил я с ними и не пил,

Но каждый что-то в жизнь мою вносил.

 

Пространство делал тёплым и живым.

И вдруг – их нет, растаяли, как дым.

 

Не провожали их в последний путь…

Так где ж они? Ответьте, кто-нибудь!

 

Но общие знакомые в ответ

Руками лишь разводят: «Данных нет».

 

Наверно б, частный детектив помог.

Но денег – кот наплакал, видит Бог!

 

В России ли сейчас? За рубежом?

И вспоминают южный ли наш дом?

 

Исчезли как-то с улиц, площадей,

И мир вокруг стал чуточку серей.

 

И я о том, впервые, пожалел –

Что глубже тех людей не рассмотрел.

 

А вдруг мы с кем-то

родственны душой,

И у меня мог быть бы друг большой?

 

Бессонной ночью думаю о них –

Упущенных возможностях своих…

Рассказ

«Пирожок»

По паспорту я – Иван Степанович Пирожков, а моя жена, соседи, знакомые кличут меня «Пирожок».

Я уже свыкся с этим и махнул рукой. «Пирожок» – так «Пирожок». И вдруг подошло время приватизации дач. Раньше: есть у тебя дача, нет – никто особо этим не интересовался. И без всяких проблем и заморочек отец отдавал дачу сыну, сын – своему сыну. А тут Ельцин повёл нас в капитализм, а раз так, то каждый должен стать капиталистом на шести сотках. Теперь ты – хозяин земли, у тебя должен быть документ, что это – твоя собственность – она священна, и на неё никто не имеет права покуситься.

Председатель общества садоводов Марк Гаврилович Тусуев составил списки и отдал их по предназначению. Прихожу я в регистрационную палату, подхожу к окошку, протягиваю паспорт и говорю:

– Я бы хотел приватизировать дачу.

Миловидная девушка берёт мой документ, внимательно смотрит изучающе-недоверчивым взглядом, потом листает какие-то длинные списки и говорит:

– У вас дачи нет.

– Как нет? – возмущаюсь я, – Двадцать лет сажал, копал, убирал урожай, а мне говорят – нет.

– А вот, смотрите списки на букву «П». Господин Пирожок имеет дачу, а вы – не имеете.

– Но «Пирожок» – это я… я. Жена меня так зовёт!

– Жена вас может назвать хоть «пончиком», но дачи мы приватизируем только согласно паспортным данным, и «пончикам» мы не имеем права отдавать дачи в личную собственность.

Смотрю, сзади очередь напирает и возмущается:

– Иди в суд подавай, а нас не задерживай!

Пошёл я в городской суд. А там тоже очередь. Решил я к очереди обратиться:

– Так и так, – говорю, – граждане, у меня в фамилии одну букву не на то место поставили, а одну – совсем потеряли.

– А… а…, – говорят они разноголосицей, – это к судье Сучкиной обращайтесь. А одна бабуля даже добавила:

– Мне три лишних буквы приписали – так я уже целый год с ними сужусь!

Дождался я своей очереди к секретарю, она мне объяснила, что нужны: заявление, копия паспорта и два свидетельских показания. Ну, думаю, начал я накручивать километры по судам. Первым делом пошёл к Гаврилычу. Он написал, что кается: не посмотрел в паспорт, и вместо фамилии указал кликуху «Пирожок», а фамилия этого гражданина – Пирожков, и подтвердил свои показания

подписью. Написал заявление и я госпоже Сучкиной, что во всём виноват гражданин Тусуев, который не изволил заглянуть в паспорт, а пометил мою фамилию по слуху. Секретарь приняла у меня заявление и как-то странно ухмыльнулась.

Через месяц мне пришёл ответ из суда: показания свидетелей неубедительны, в просьбе – отказать. Я опять пошёл в суд, пока стоял в очереди, суть моего дела прояснилась. У госпожи Сучкиной есть бойфренд, который, кроме этого, ещё исполняет роль адвоката, и нужно сначала обращаться к нему, чтобы он за три тысячи написал заявление и ещё за десять тысяч – вёл моё дело. Ни фига себе – посчитал я, написать всего двадцать слов за три тыщи – это же за одно слово – 150 рублей, одна буква – 15 рублей. И десять тысяч за такой пустяк – две буквы. Нет, – говорю я себе, – не пойду к этому бойфренду, буду подавать в областной суд, и написал: так и так, госпожа Сучкина недостаточно компетентна, не может разобраться в двух буквах.

Ещё через месяц пришёл мне вызов в суд. Ну, думаю, теперь они правильно решили и поставили эту Сучкину на место. Прихожу в кабинет, а там сидит эта самая Сучкина и ехидно говорит:

– Я подаю на вас в суд: вы клевещете, что я некомпетентна, а у меня – высшее образование, и, к тому же, перепутали мою фамилию – я по паспорту Сучкова.

Тут я и струхнул малость – посадят ещё ни за что, и говорю:

– Извините, госпожа Сучкина, то есть я хотел сказать Сучкова, я в паспорт к вам не заглядывал, а записал вашу фамилию со слов очереди. Я передумал приватизировать дачу, если вы меня отпустите, я пойду домой.

– Ну, идите, – говорит она, – будем считать, что дело закрыто.

Пошёл я домой. Иду и думаю: переоценил я свои юридические способности – так и вляпаться можно в нехорошую историю.

Альфред ДЕШАБО.

 

В замочную скважину

Экономика

* * *

Чубайс обещал каждому выдать по удочке и научить ловить рыбу. Но после того, как он с неводом прошёл по России, лягушку не поймаешь.

* * *

Пригласил Петя девушку по вызову. Лежат они, так хорошо обоим, она спрашивает:

– А ты смог бы полюбить меня на всю жизнь?

– Да, – отвечает он радостно, а потом спохватывается, – ни фига себе – с почасовой оплатой до конца жизни!

* * *

Состояние Ротшильда оценивают в 500 триллионов долларов. Если ему жить на прожиточный минимум в России, то этих средств хватит на 262 миллиарда лет. Кстати, учёные определили возраст Вселенной – всего в 14,5 миллиарда лет.

* * *

Инвестиции – это вложение денег с целью получения денег. Лучше, чем это делали лиса Алиса и кот Базилио – никто не придумал.

* * *

Как стать миллиардером? Просто напишите заявление в пенсионный фонд с просьбой выплатить пенсию в долларах Зимбабве!

Альфред ДЕШАБО.

 

Творчество юнкоров студии «Парус»

Елизавета КОЛГАН

Помогите ангелам

Ангелы теперь не ходят в белом,

И нет у них сияющего нимба,

Жизнь и смерть их вычерчены мелом

И заброшены в глубины Лимба.

 

Где же их способности и силы?

Мы виновны в том, что так случилось…

Сколько света всем они дарили!

Только нами это не ценилось.

 

Что посеешь – то пожнешь с лихвою:

Войны, голод, боль, дурное слово…

Только, если ангелы с тобою, –

Мир твой засияет в красках снова.

 

Вдруг во тьме засветит ярко что-то,

Веру нам даруя и надежду.

И опять начнут свою работу

Ангелы в сияющих одеждах!

 

Я хочу, чтобы в любви все жили,

Свет, добро и радость излучая!

Чтобы в белом ангелы ходили,

Вместе с нами Рай земной спасая.

 

Александра КОЗЛАН

Откровение

Ночь. Улица. Луна.

Средь стольких тысяч душ – одна.

Ищу в стихах я упоенье,

Из снов черпаю вдохновенье,

Столь лживых, но счастливых снов!

Я там летаю средь миров.

Душе моей все нет покоя,

Я в жизни – выбита из строя,

Лютует вьюга за окном,

Друзей фальшивых полон дом.

Они не стоят ни гроша...

Трещит по швам моя душа.

Идет негласная война.

Возможно, слишком я юна

Для столь серьезных, грустных дум...

И это мой терзает ум.

Одна я в крепости своей,

Не выдержать напора ей...

Мне сложно чувства описать,

И жить мне хочется опять

На зло врагам моим бездушным,

Но честно – я к ним равнодушна.

Они лишь делают сильней,

То сердце, что в груди моей

Когда-то радостно сжималось

При виде всех моих друзей.

Взлечу над миром птицей я,

Другою станет жизнь моя:

Родятся строчки для стихов,

Найдутся краски для холстов...

Я одинока, но вольна...

Ночь. Улица. Луна. Одна.

 

Вероника ТИТОВА

Под небом Пятигорска

Под небом Пятигорска живет моя семья:

Мама, папа, братик и, конечно, я.

Город наш курортный, словно Райский сад,

Приезжают в гости к нам и стар, и млад.

 

Пятигорск поэтами лучшими воспет.

Для меня на свете места лучше нет.

Много солнца, зелени и целебных вод,

Кажется, что жить здесь можно без забот.

 

Но, бывает, город застилает мгла,

Сердце мне сжимает жгучая тоска.

Пасмурное небо – значит, жди беды?

Нет, ведь будет солнце, как пройдут дожди!

 

Многое с семьею пережили мы,

Полосу препятствий нам пришлось пройти.

В небе все иначе, все наоборот.

Солнышко игривое тучи рассосет.

 

Город засияет ярче и светлей,

Нет на свете места краше и милей!

 

Дарья ДЯТЛОВА

Пыль дороги

Пыль дороги глубиною в вечность,

Поезда гудок и дым седой.

Где-то здесь останусь я беспечной,

Где-то здесь останусь молодой.

 

И ничто души мне не встревожит,

Опустевшей от сплошных ветров.

Кажется, ничто уж не поможет

Справиться мне с тяжестью оков.

 

Что казалось прежде скоротечным –

Стало крепче, чем земная твердь.

А всему, что я считала вечным –

Суждено так быстро умереть.

 

Невозможно в рамки втиснуть Вечность,

Время вновь вступает с нами в бой…

Жаль, нельзя всю жизнь мне быть беспечной.

Жаль, нельзя всегда быть молодой!

Эссе

Конец прекрасной эпохи

Стихотворение – это колоссальный ускоритель сознания, мышления, мироощущения. Испытав это ускорение единожды, человек уже не в состоянии отказаться от повторения этого опыта, он впадает в зависимость, как впадают в зависимость от наркотиков или алкоголя.

Иосиф Бродский.

Серый, пасмурный Петербург, молочно-розовое небо белых ночей, свежий июльский ветер, гладь воды, освещаемая еле заметными проблесками звёзд... Я вижу поэта, в чёрном плаще, круглых очках, скрывающих грустный, меркнущий взгляд. Он стоит под проливным дождем на берегу Финского залива, усыпанном серыми громоздкими камнями. Его одолевает тоска. И всё так смиренно и тихо, что хочется закрыть уши от этого тяжелейшего шороха дождя и плакать от того, что жизнь вокруг остаётся абсолютно спокойной, даже когда в душе бушуют ураганы. Знакомитесь, это – Иосиф Бродский. Верный друг и наставник, пример для подражания и кумир. В этом поэте сливается всё воедино. Его лирику нельзя читать – её можно лишь чувствовать, пропускать через сердце, касаться острых и точных строк душой. Его стихи – тяжелые и грузные, осязаемые и приземлённые, но почти все посвящены глубоким, возвышенным и вечным темам: любви, времени, смерти… Наверное, в каждом его стихотворении непременно прослеживается тонкая нить времени, сливающаяся с сюжетом столь органично и непринужденно, заставляющая задумываться о ценности жизни такой, какая она есть. Если вам нравится погружаться в глубины своего сознания, находить себя растроганным написанными в ряд буквами, прерываемыми пропусками для «поразмышлять» – лирика великого поэта придется вам по душе.

Стихотворение «Письмо», посвящённое Марине Басмановой – первой любви и вечной музе И. А. Бродского, стало одним из наиболее ярких примеров любовной лирики поэта. Пропитанное реалистичными образами, стихотворение, бесспорно, относится к такому литературному направлению, как акмеизм, становление которого тесно связано с творчеством А. Ахматовой, Н. Гумилёва и С. Городецкого – поэтами, которых сам Бродский всегда считал гениями «чернил и бумаги». В 1962 году было написано стихотворение «А. А. Ахматовой», отражающее как раз личное отношение автора к поэтессе:

Но на Марсовом поле дотемна

Вы придете оденёшенька-одна,

В синем платье, как бывало уж не раз,

Но навечно, без поклонников, без нас.

Иосиф Александрович причисляет себя к числу поклонников Ахматовой, несомненно, гордясь столь важным для него «титулом».

«Письмо». Сколько строк было посвящено несчастной любви, чувствам, способным оставить человека на переломе жизни и смерти? Чувственные терцеты, глубокие эпитеты, обращения, которые не могут оставить читателя равнодушным. Давая общую характеристику этого стихотворения, я не могу позволить себе не разобрать его «на кирпичи». Конечные строки каждого трёхстишия словно обрывают все наши надежды на счастливый конец – поэт признаётся, что никогда не ждет ответного письма, да и вообще, обещает больше никогда не писать «ни строчки» своей музе. Звонит, чтобы услышать лишь её голос; любит, «не нуждаясь в ответном чувстве». Но как бы Бродский ни старался бороться со своей любовью, теперь в его жизни всё становится иным: «Свет остался, остался звук, остальное стерлось», – пишет поэт. Привычное стало до тошноты затёртым; жизнь превратилась в чёрно-белое существование без капли ярких красок. Он сожалеет, что судьба распорядилась им именно так, что он не может быть счастливым с человеком, заполнившим бескрайнюю пустоту в его сердце, разбросавшим все разложенные по полочкам мысли в его сознании:

Мне жаль, что тебя не застал летний ливень

В июльскую ночь, на Балтийском заливе,

Не видела ты волшебства этих линий…

Теперь поэт видит лишь неясный силуэт своей любви в туманных питерских дворах растворяющейся во времени памяти. Невольно погружаешься в атмосферу меланхоличных дум Иосифа Александровича. Я будто захожу в парадную, с пальто спадают капли дождя, постоянно моросящего в осенний период в культурной столице, открываю дверь в его квартиру. Кухня, приглушенный свет, тлеющая сигарета в чашке с терпким кофе на дне. Я сажусь рядом, смотрю в окно – в то же окно, в которое устремлен взор поэта, но я вижу в нем редеющие лиственные одеяния, а он – грустную участь, подаренную ему судьбой… Захватывает? Тогда бегите, «сами подавая себе пальто», но только уже не за «вечерней газетой», а за томиком стихотворений И. А. Бродского, и уже не «в киоск», а в ближайшую букинистическую лавку. Лирика бога русского постмодернизма придется по душе даже самому избалованному литературному эстету. Интимной лирикой, на наше счастье, творческое многообразие Иосифа

Александровича не ограничивается. Вам дается возможность раскрыть личность поэта со всех сторон, рассмотреть его внутренний мир со всех граней: философские, гражданские мотивы, красноречивые описания природы, присущие только Бродскому, в любом случае заставят вас внести хотя бы одно из его стихотворений в свою копилку любимых работ. Но поспешу вас предупредить! Стихи поэта вызывают зависимость у читателя так же, как и их написание у самого автора. Через лирику поэт будто рассказывает свою историю, посвящает в детальные подробности каждого своего читателя, но в то же время оставляет за ними право на знание некой тайны.

Этого бунтаря и романтика можно или любить, или ненавидеть – третьего не дано. Его творческое признание пришлось на стык двух веков: одного, трактующего строгие правила, и другого, дающего полную свободу мысли и слова. Потеря такого великого человека в такое непростое время будто знаменовало раскол всего привычного. Со смертью Бродского будто исчез целый пласт бесценного литературного мира. С его немного нахальной правдой и дерзкой забавностью, он унес с собой что-то очень важное, даже необходимое. С его уходом из нашего мира как раз и настал конец – конец прекрасной эпохи…

Софья ПОЖИДАЕВА.

Страницу подготовила Сусанна БАГРАМЯН.

Литературная страница

Осень вступила в свои права и вдохновила наших авторов на лирические произведения, а Лермонтовские дни в Пятигорске порадовали их новыми встречами с талантливыми людьми. В музее-заповеднике

М. Ю. Лермонтова прошли праздничные мероприятия, в которых приняли участие слушатели литобъединения «Слово»: Анатолий Полозенко, Светлана Котенко, Елена Долженко, Лев Докторов, Наталья Чернакова, Галина Рыбак, Надежда Белугина, Люма Годовикова. Они прочли стихи гениального поэта, свои посвящения ему. Вышла в свет книга члена Российского союза писателей, слушателя литобъединения «Слово» Николая Ященко «Все мимолетно, все – теченье». Автор нескольких поэтических книг на этот раз впечатлил своих читателей интересными притчами, рассказами, баснями, афоризмами. Он – четырежды номинант поэтической премии «Образ». Награжден орденским знаком «За вклад в русскую поэзию» III степени (2016).

Сусанна БАГРАМЯН, и. о. руководителя литобъединения «Слово» имени Эффенди Капиева при газете «Кавказская здравница».

Литературная страница

Недавно железноводская поэтесса, постоянный слушатель литобъединения «Слово» Галина Владимировна Анкринова стала членом Союза писателей России. Стихи Галины Владимировны лиричны и патриотичны, просты и образны. В них – любовь к людям, земле, большой и малой Родине. Поздравляем ее с высоким литературным статусом! В сентябре два наших юбиляра – Юрий Тимашев и Елена Яровая будут в центре внимания своих коллег по перу. Их творчеством интересуются многие любители поэзии, их читают и почитают, в Георгиевске они давно работают как наставники. Люди, передающие свой опыт подрастающему поколению, всегда были в цене! Под рубрикой «Судьбы» опубликована впечатляющая статья Татьяны Резинкиной «Свет и добро Ольги Бори». Проникнитесь, дорогие читатели, внутренним миром этих двух талантливых женщин, ощутите их духовное родство!

Сусанна БАГРАМЯН, и. о. руководителя литобъединения «Слово» имени Эффенди Капиева при газете «Кавказская здравница».

Литературная страница

Вот и наступил последний месяц учебного года для слушателей литобъединения «Слово». Но им еще представится удивительная возможность творческого общения с членом Союза писателей России Николаем Пантелеевичем Бондаренко. «Порой его стихи напоминают подснежники, которые доверчиво растут среди ледяных сугробов жестокости и безразличия нынешнего мира и сора современной цивилизации. Растут, отдышав вокруг себя живые полянки грядущей весны». Так написала о его творчестве член Союза писателей России Раиса Николаевна Котовская, воистину проникновенно и точно! Встреча с Николаем Пантелеевичем состоялась 18 июня в Доме Алябьева.

Литературная страница

Весной этого года литераторы Кавказских Минеральных Вод порадовали своих читателей книжными новинками. Вышли в свет: первый номер литературно-художественного альманаха Ессентукской творческой группы «Резонанс», коллективный сборник железноводских авторов литобъединения «Вдохновение» под скромным названием «Тропинка к поэзии», первые сборники стихов постоянных слушателей литобъединения «Слово» Анны Дьяконовой и Елены Долженко. Один из разделов книги Елены Долженко посвящен памяти отцов и дедов. До глубины души трогают ее воспоминания о родном отце, который был истинным патриотом своей Родины, прошел всю войну и чудом уцелел. Светлая память всем, кого нет с нами! Низкий поклон ветеранам за Победу и мирную жизнь!

Сусанна БАГРАМЯН, и. о. руководителя литобъединения «Слово» имени Эффенди Капиева при газете «Кавказская здравница».

Поэзия

Сергей РЫБАЛКО

В День Победы

В семейном кругу в День Победы,
Слегка захмелев от вина,
Отец мой с задумчивым дедом
Сидит и дымит дотемна.

И глядя с грустинкою зыбкой,
И гладя рукою висок,
Он просит с печальной улыбкой:
«Сыграй фронтовую, сынок».

И я без конца, что есть мочи,
Без всяких вступлений и слов,
Играю про синий платочек,
Ничуть не жалея мехов.

А он то молчит, то вздыхает,
Весь в думах о грозной поре.
Друзей фронтовых вспоминает
И огненный шквал на Днепре.

А песня кружится, как заметь,
До слёз обжигая сердца.
И годы проходят, но память
Блестит на медалях отца.

Татьяна БЕРЕЗИНА

Полевые маки

Полевые маки вдоль дорог мелькают,
Те цветы простые грусть нам навевают
О войне кровавой, жизни, как мгновенье,
Но она всё длится в маковом цветеньи.
Огненное море – и ко Дню Победы!
В ярко-красном цвете – капли крови дедов.
Или совпаденье, иль героев знаки,
Чаще расцветают только в мае маки.
Трепетно кивают ангелы-цветочки:
Редко вспоминают их сыны и дочки.
Не срывайте маки, не бросайте в поле.
В них судьба и горе материнской доли.

Александр ГОЛОВКО

Это страшное слово – война

Вот эта злая, страшная война,
В глазах стоит как будто предо мною,
Растёт и расширяется она,
И расправляется жестоко с тишиною…
Так в сорок первом над моей страной
Она нависла, словно смертной тучей,
Загрохотала, двинулась стеной,
Давя, круша все, будто монстр могучий.
Подмяв, как пресс, селенья, города,
Сожгла мой дом и родину спалила.
Врагом заклятым став мне навсегда, –
Тупая, необузданная сила…
Войну, как зверя хищного убив,
Россия подарила мир народам!
Пусть будет мир божественно красив
В лучах добра, как правда и свобода!

Надежда БЕЛУГИНА

Соседу-солдату

Пуля, к счастью, прошла навылет,
Лишь на память рубец округлый,
Как печать, старательно вылит
Розоватый, на коже смуглой.
Не забыть ему те мгновенья,
Как лохматило землю взрывом,
Как грозил врагам в исступленье,
Как стрелял в упор непрерывно.
С каждым боем он крепко связан,
Вечной памятной прочной нитью:
За друзей теперь жить обязан,
За погибших обязан жить он.
Строил он и грузил вагоны,
Возводил города большие.
И дела его славы достойны
Есть, что вспомнить в те годы лихие.
Стоя спал, отдыхал под случай,
Укрываясь своей шинелью,
Сделать жизнь и счастливей, и лучше –
Это стало солдатской целью.
Лишь мелькнёт в голове спросонок:
«Эх, не всё за друзей доделал.
Приласкать бы за них девчонок…» –
Улыбался мечтам несмелым.
А когда подведёт сноровка,
Кулаком от досады стукнет:
«Николай – тот бы сделал ловко,
Золотые даны Богом руки!»
Щуря глаз, погрустит немножко:
«Эх, какие были ребята!
Всё решил бы сейчас Алёшка,
Кабы не было пули проклятой».
Иль Серёгу вспомнит под вечер,
Мол, весёлый, смеялся много.
Распрямит усталые плечи
И в тоске поглядит на дорогу.
И сейчас он живёт по приказу.
Просыпаясь от мнимого взрыва,
Он в атаку готовый – сразу
С тем, военным своим коллективом.

Анатолий ФИЛАТОВ

До сих пор…

Будто вот оно, зимнее утро,
А прошло уже лет пятьдесят! –
Как с соседом, с товарищем шустрым,
В лес бежали дровишек набрать.
Где дорогой, где крепеньким настом,
То зигзагом, а то напрямик,
Мы по полю открыто-опасному
Побыстрее старались пройти.
И надеясь всего лишь на чудо:
Сторож где-то! Участок большой! –
Сухостой собираем и рубим,
И на санках увозим домой.
Лес спасал. Кое-как выживали.
Но не каждому было дано,
Чтобы в печке поленья пылали,
Тёплым взглядом смотрело окно.
Бессемейным и хворым зимою
Трудно ночи и дни коротать,
Слушать вопли пурги за стеною
Да весеннего солнышка ждать…
Среди выбитых жизнью соседей,
Тяжело доживая свой век,
На окраине нашей деревни
Одинокий страдал человек.
Может, сил у него было мало,
Может, с голоду слабость была,
Но она дня четыре, бывало
Даже выйти во двор не могла.
Нас, мальчишек, встревожило это,
И подействовал книжный пример,
Как на помощь, узнав и разведав,
Шёл с командой Тимур-пионер.
Мы подъехали к дому, позвали,
И, когда подошла она к нам,
Не спеша разговор завязали,
Объяснив, что дрова – пополам.
Может быть, и не стоит рассказа
Этот случай, чего вспоминать?
Но вот рубль её… Надо бы сразу…
Позже некому было отдать.

Юрий ТИМАШЕВ

* * *

Может, это некрасиво.
Может, глупо. Странно. Зря.
Не могу пройти я мимо
Опустелого жилья,
Где вчера бранились, пели,
Борщ варили этажи,
А сегодня – настежь двери
И – ни звука, ни души.
На полу – из ЗАГСа снимки,
Лет с полвека так назад.
Он, она стоят в обнимку.
Что за письма там лежат?
Я брожу незваным гостем
Средь газет, рубах, зеркал.
Тишина, как на погосте.
Хоть комар бы запищал!
Чья-то аура витает
(Кожей чувствую!) везде.
Незнакомца изучает:
«Кто такой? Зачем ты здесь?
Любопытства ради ходишь
Или знаешь точно ты:
В каждой вещи – дух эпохи,
След от чьей-нибудь судьбы?
Слышал дом и ласки ночью,
И последний чей-то вздох.
А теперь снесут – и точка:
Место выкупил Опторг.
Дали нам жильё, –
прекрасно.
Не квартиры – благодать.
Но по дворовому братству
Долго будем мы скучать –
Ведь все радости и беды
Мы делили пополам.
А теперь забились
в «клетки»,
Каждый выживает сам…»
Жаль мне, что, увы,
всё канет,
Будет выброшено вон.
Снимки я беру на память
Из гагаринских времён.
А ещё возьму я письма
Огневых военных лет
С берегов Днепра и Вислы –
Им цены сегодня нет.
Пусть соседи смотрят косо:
«Что хотите здесь найти?»
Памятью сюда я послан –
Всё бесценное спасти
От огня, ковша и свалки –
В лицах должен быть народ!
Может, и мои бумаги
Кто-то из руин спасёт?..

Галина РЫБАК

Боль

Слышу звон колоколов
И Есенина читаю
И, как он, Россию вновь
Всей душой я ощущаю.

Ах ты, Русь моя, ну что же
Не меняешься в веках?
Ведь так долго жить негоже
В старых латаных штанах.

Ты же нам как мать родная,
Для тебя одной живём:
Сеем, строим, поднимаем,
Но никак не протолкнём.

В первый ряд Россию нашу,
В мировой авторитет.
Уж который век мы пашем,
А просвета нет и нет…

Клавдия САБИШЕВА

Моей России

Словно назойливая муха –
Антироссийская молва…
От нашего скрываясь слуха,
Так долго добренькой слыла!

Моя Россия, мать родная,
Нам свет не нужен, что «в конце».
Но мы, как Свет, оберегаем
Улыбку на твоём лице.

Мы бережём её, как знамя,
Она не даст стране уснуть.
Не даст проспать – мы точно знаем,
Какой ты выбираешь путь.

И пусть ошибки нас смущают –
Они – свои, их изживём.
Велик наш дух – он очищает,
Мы за тобой, страна, идём.

Благодарим тебя, Россия,
За то, что – с нами, что ты – есть.
За то, как гордо и красиво
Несёшь свою и нашу честь!

Елена ЯРОВАЯ

* * *

Этот праздник в Отчизне моей
Каждый знает, им каждый гордится.
Только радость в сердцах у людей,
Оживают улыбками лица.

День Победы встаёт над страной,
Лучик солнца на каждой медали.
Грозно танки сияют бронёй,
Самолёты уносятся в дали.

В этот день ощущаю я мощь
Необъятной и древней России.
Я – народа великого дочь,
Мы любого врага пересилим!

Слава мужеству русских полков,
И оружию русскому – слава!
Это праздник на веки веков!
Славься, наша родная держава!

Рассказ

Медаль «За отвагу»

Посвящается Родиону Родионовичу Томилину, ветерану Великой Отечественной войны.

Колёса монотонно постукивали на стыках рельс. Вагон покачивался в такт колёсам, временами вздрагивал и дёргался, но упорно двигался на восток. Внутри стояли духота, запах крови и пота. Раздавались стоны, тихие голоса медсестёр – сочувствующие, уговаривающие, усталые.

Родион слышал всё, но словно издалека. Реальной была только боль. Она была везде: в ногах, в груди, в животе. Она плескалась внутри него при каждом покачивании вагона. И казалось, этому никогда не будет конца. Но он терпел. Знал, что там, в полевом госпитале, для него сделали всё, что смогли. Теперь их везли в тыл. Предстоит ещё операция, и, может, не одна, но он жив, а это – главное.

Словно из ниоткуда, возле него возникла медсестра и шёпотом спросила:

– Не спишь? На, глотни водички.

Он с благодарностью попил воды и прошептал в ответ:

– Не спится что-то, а ты почему не отдыхаешь?

– Я на дежурстве.

Она поправила одеяло, легко, словно пёрышком, прикоснулась к его небритой щеке.

– Постарайся уснуть, сон тоже лечит.

Девушка двинулась дальше по проходу, останавливаясь возле раненых: кому поправит что-то, кому водички подаст, а кому – просто слово доброе скажет.

От этого минутного разговора и мимолётной ласки у Родиона стало теплее на сердце, и даже боль словно притихла. Мысли изменили своё направление. Теперь он думал не о себе или своей боли, а вот об этой молодой девушке-медсестре и сотням ей подобных. Откуда, из каких скрытых источников черпали они свои силы, поднимая, переворачивая и перенося на своих хрупких плечах раненых? Смертельно уставшие, они находили для каждого доброе слово, улыбку или хотя бы вот такое лёгкое, нежное прикосновение.

Мысли немного отвлекли от боли, и незаметно Родион уснул. А утром солдат, лежавший рядом, неожиданно обратился к Родиону:

– Ты, сосед, на эту сестричку не вздумай глаз положить!

– На какую? – не понял Родион.

– На ту самую, что ночью возле тебя стояла. Много вас тут таких, внимания к себе требующих.

– Так ведь и ты такой же! Вечером она возле тебя стояла, разговаривала с тобой…

– Не надо меня со всеми путать! Я не такой! Я муж её!

На секунду Родион и все, кто прислушивался к разговору, замерли.

– Ты это серьёзно?

– Серьёзнее не бывает! Я вот, как подлечусь, найду её и сразу же женюсь. Я твёрдо решил.

– А-а-а… она это знает?

– Нет ещё. Но ты знай и не отвлекай её.

Смех волной покатился по вагону. Тем, кто не слышал разговора, пересказывали, что-то добавляя от себя, и раненые, измученные болью люди, смеялись искренне, от всей души. Улыбались даже те, кто не мог смеяться.

Медсестре рассказывать ничего не стали, но прозвище «жених» приклеилось к парню намертво.

А поезд уносил раненых солдат всё дальше и дальше от передовой, туда, где уже не слышны были взрывы, где уже было снято затемнение.

К месту назначения состав прибыл рано утром. Раненых быстро перегрузили в машины и отправили в госпиталь. Даже попрощаться с врачами и медсёстрами не было времени. Санитарный поезд возвращался на передовую.

Всё лето 1944 года Родион провёл в госпитале. Не одну операцию пришлось ему перенести, не раз отчаяние сжимало его сердце холодной рукой. Неужели он останется без ног? Но врачи делали всё возможное, чтобы спасти солдата, и к концу лета Родион уже мог выходить во двор госпиталя. Бледный и худой, он потихоньку добрёл до лавочки, стоящей под деревом, и сел, наслаждаясь мирным небом и тишиной. А ещё он любил слушать шелест листьев и щебет птиц. Поглаживая рукой ствол дерева, Родион нащупывал на нём множество шрамов и тихо приговаривал:

– Что, браток, и тебе досталось? Никого война не щадит, но ведь мы молодые, – справимся. Знаешь, когда у меня будет свой дом, а он у меня обязательно будет, я посажу сад. Я буду сидеть под деревьями, ухаживать за ними и вспоминать тебя.

Осенью Родиона комиссовали из армии, признав инвалидом первой группы. И отправили долечиваться на Кавказ. В это же время пришёл приказ о награждении Родиона Томилина медалью «За отвагу» за личное мужество в его последнем бою.

Прошли годы, но обещания своего Родион не забыл. Всю жизнь он посвятил сельскому хозяйству, украшая родную землю. У себя дома он вырастил прекрасный сад в память о том израненном войною деревце, которое помогало ему в трудное время.

Зоя ЛЕПИХИНА.

Память

Ветераны уходят, остается память

С каждым годом ветеранов Великой Отечественной становится все меньше. Уходит живая память, реальные свидетели той истинно народной, священной для всех российских людей войны. А ведь именно им мы обязаны тем, что уже семьдесят два года живем под мирным небом, радуемся солнечному свету, спокойно трудимся и растим детей. И поэтому так важно, чтобы новые поколения знали, кому они обязаны всем.

Мой папа, Дмитрий Емельянович Долженко, ушёл на фронт семнадцатилетним мальчишкой в 1943 году вместе с частями Красной Армии, освободившей Железноводск. «Последыш» среди остальных детей в семье, худенький, слабенький, маленького роста, он приписал себе год, чтобы его взяли добровольцем. Шинель приходилось обрезать до карманов, на ноги наматывать несколько слоёв портянок, чтобы сапоги не сваливались, но он был настоящим, несокрушимым русским воином.

Из воспоминаний Дмитрия Долженко:

«В составе 312-й Сибирской стрелковой дивизии я дошёл до Польши, где завязался ожесточённый бой за город Познань. Почти каждый дом гитлеровцы превратили в крепость, перекрёстки улиц перекрыли баррикадами. Из окон, заваленных мешками с песком, вражеские снайперы и автоматчики вели плотный прицельный огонь. Они дрались с отчаянием обречённых.

Особенно яростно немцы сопротивлялись в юго-западной части города, где соорудили бункер, окружённый противотанковыми глыбами. С одной стороны укрепление прикрывала высокая насыпь железной дороги, с другой – каменное здание.

Нашему взводу, где я был помощником командира, было дано задание: обойти бункер с фланга, войти в тыл и уничтожить вражеский гарнизон.

Я со своим отделением направился к железной дороге. Метров через триста – там, где «железка» делала крутой поворот, – обнаружили ход сообщения. Сомнений не было – он ведёт в бункер.

Оставив у насыпи для прикрытия пулемётный расчёт, с остальными бойцами двинулись вперёд. Когда до конца оставались считанные метры, раздалась очередь. Двое моих товарищей упали.

Бросившись к открытой двери бункера, возле которой гитлеровцы спешно устанавливали другой пулемёт, я швырнул гранату. А потом, стараясь не дать им опомниться, рванул к выходу, крича по-немецки: «Бросайте оружие и выходите! Вы окружены!» В бункере воцарилась тишина. Затем в дверь просунулся ствол винтовки с белым лоскутом. С поднятыми руками вышли восемнадцать гитлеровцев. За этот бой я был награждён орденом Славы II степени».

В этом сражении папа не только захватил вражеское укрепление, но и добыл ценные документы, разрушив стратегические планы противника. Когда бой был окончен, пленный немецкий генерал из бункера попросил: «Покажите мне этого героя». И увидел восемнадцатилетнего мальчишку, мужичка с ноготок. «Вот, как надо воевать», – обращаясь к своим солдатам, находившимся тут же под охраной, процедил сквозь зубы генерал…

Папа был очень скромным человеком. Даже ордена надевал только по самым торжественным случаям. Человек кристальной чистоты, честности и справедливости, он и нас, детей, учил беречь честь смолоду. Отец никогда не бравировал своими льготами. Не старался пройти без очереди, не покупал мебель на талоны. Хотя имел на это полное право. Однажды мама попыталась заставить его пойти «выбить» какой-то дефицит. Так он целую неделю с ней не разговаривал, хотя любил жену без памяти и всю жизнь буквально на руках носил. Но пойти и потребовать что-то для себя, как для фронтовика, считал постыдным. О подвигах отца во время войны мы тоже узнавали в основном из рассказов его друзей-однополчан.

Из доклада командира 6-й роты 1081 стрелкового полка 69 армии 1-го Белорусского фронта Ю. Казакова:

«В период наступления на Берлин сержант Долженко являлся моим помощником, показал себя смелым, решительным командиром. В апреле 1945-го с плацдарма на реке Одер под городом Франкфурт-на-Одере он возглавил атаку своего взвода. Достигнув передней траншеи противника, первым ворвался в неё и вступил в рукопашный бой с группой фашистов. В ходе боя лично уничтожил восемь немецких солдат и во главе взвода устремился во вторую траншею. Бой принял спорный характер. Расчищая территорию от фашистов, в рукопашной схватке сержант Долженко действовал как умелый и храбрый воин, и, воодушевляя подчинённых собственным примером, первым шёл вперёд. Во второй траншее было захвачено много оружия и взято в плен четверо вражеских солдат. Боевая задача была выполнена.

В ходе дальнейших боёв, в глубине обороны противника, тов. Долженко всегда был на самых трудных участках. При форсировании реки его взвод захватил плацдарм и удерживал до подхода основных сил батальона, отбив несколько танковых контратак противника. В этом бою был уничтожен один танк, два вражеских взвода и захвачен в плен расчёт миномёта.

При подходе к городу Фюрстенвальде Долженко снова в числе первых ворвался в оборонительный строй противника, и, несмотря на отчаянное сопротивление, завязал бой, проявляя смелость и решительность. Остаток его взвода атаковала целая рота фашистов. Сержант Долженко был ранен в руку. Но не покинул поле боя и продолжал руководить. Атака была отбита. Командир снова повёл свой взвод вперёд, был вторично ранен в плечо, потерял сознание и был доставлен в медсанбат».

Из полка в том страшном бою осталось в живых всего несколько человек. За проявленное мужество в феврале и марте 1945 года мой отец был награждён орденом Славы III и II степени и медалью «За отвагу». Но когда он, раненый, лежал без сознания, эти награды были украдены. И только в 1983 году по ходатайству в Президиум Верховного Совета СССР ему выдали дубликаты. А много позже мы узнали, что отец на самом деле является полным кавалером ордена Славы. Было это так: на тридцатилетие Победы к нам в гости приехал однополчанин отца. Он рассказал, что за этот последний бой папа был представлен командованием роты и батальона к ордену Славы I степени. Сам он этого не знал. Так как был при смерти, а награда затерялась.

После Победы отец ещё пять лет оставался в Германии, наводя порядок и восстанавливая побеждённую страну. Вернувшись на Родину, работал строителем. Если обратите внимание, барельефы на здании телецентра и автовокзала в Пятигорске, статуи в парках городов Кавминвод – его золотых рук дело. Отца все уважали за необыкновенное трудолюбие и называли «мастером Данилой». А он работал от зари до зари, считая, что если выжил, то должен жить и трудиться за тех, кто не вернулся с войны.

Наверняка многие также помнят отца по казачеству – он был есаулом Терского казачьего войска, старейшиной Железноводского отдела.

Отец ушёл из жизни в 2001-м. Но каждый год в День Победы мы собираемся всей семьёй и со слезами на глазах поём его любимые песни – «Тёмную ночь», «Эх, дороги», «Землянку», отдавая дань памяти тем, кто подарил нам свободу и жизнь.

Никогда не забуду дорожку

В Трептов парк, где стоит наш Солдат.

Растяну посильнее гармошку,

Здесь лежит мой Отец и мой Брат.

Я спою для них нашу «Катюшу»

И налью по сто грамм фронтовых.

Помяну, успокою их душу,

Всех погибших и ныне живых.

Со слов Елены Долженко записала Наталья ПОМОГАЙЛОВА.

Литературная страница

Прошедший март для слушателей литобъединения «Слово» был насыщенным и запоминающимся. Свои первые сборники стихов выпустили Елена Долженко и Анна Дьяконова. В Дом Алябьева на заседание литобъединения был приглашен член Союза писателей России, народный поэт Карачаево-Черкесии Анатолий Иванович Трилисов. Он прочел свою новую поэму о М. Шолохове, поделился своими творческими планами. В Пятигорском военном санатории перед отдыхающими выступили со стихами Лев Докторов (ведущий вечера), Виктория Кузнецова, Надежда Белугина, великолепно прозвучали не только стихи, но и авторские песни в исполнении Татьяны Березиной. Чуть позже они встретились и выступили в Пятигорской центральной библиотеке им. М. Горького на празднике Поэзии. Наступивший апрель порадовал нас легким дуновением ветра, тонким ароматом первых цветов, палитрой красок, лазурным небом и теплыми солнечными лучами. Все это вдохновило наших авторов и гармонично вплелось в их творчество, образуя целый стихотворный букет! Но основное место в Литературной странице занимает духовная тематика, потому что прошел праздник, который с благоговением ждал весь христианский мир – Светлое Христово Воскресение! Пусть вера в Бога поможет всем людям доброй воли осилить трудности на жизненном пути и стать духовно богаче.

Литературная страница

Всемирный день поэзии ежегодно отмечается 21 марта. В Пятигорской центральной библиотеке им. М. Горького праздник поэзии состоится 25 марта в 14 часов. Поэзия – это, наверное, одно из самых гениальных достижений человечества. Изливать свои чувства в стихотворной форме, запечатлевать в рифме свое мироощущение, мечтать о будущем и вспоминать прошлое, одновременно обращаясь к миллионам и оставаясь при этом наедине с собой, – на это способна только поэзия, величайшее из искусств, созданных человеком.

Подписаться на этот канал RSS