Log in

21 февраля 2020 года, 00:07

Вадим ХАЧИКОВ

Сюрпризы полицмейстера Бетаки

Удивительный все-таки наш город Пятигорск! Удивляет он по-разному, и, в частности, тем, что умеет волшебным образом раскрывать своих жителей и гостей. Многие из них на первый взгляд покажутся скромными, неприметными, не интересными. Но Пятигорск позволяет нам разглядеть в них такое, что только диву даешься: до чего же любопытная фигура! Какие дела совершал, в каких событиях участвовал, с какими знаменитыми личностями был связан!

Весомые «ноли»

Есть такое свойство у человеческой психики – пристрастие к круглым цифрам. Особенно заметно оно в отношении к юбилеям. Мы широко и торжественно отмечаем десяти-, двадцати- или тридцатилетия каких-то событий, не говоря уже о полувековых и вековых датах. И никому не придет в голову особо пышно праздновать, скажем, четырнадцати- или двадцатитрехлетие кого-то или чего-то… Год наступивший дает нам возможность отмечать «красивые», идеально круглые, юбилейные даты. Ведь события, служащие поводом для празднования, приходятся на годы, у которых последняя цифра – «ноль». Причем «нолики» эти, если мы будем говорить об истории Пятигорска, окажутся довольно весомыми, поскольку некоторые события, ими отмеченные, весьма и весьма приметны.

Достойны «Бархатной книги»

У российского дворянства, уделявшего большое внимание своему родословию, имелась так называемая «Бархатная книга», содержащая сведения о наиболее известных фамилиях, игравших важную роль в истории России. Работая над книгой об улице Теплосерной, особо значимой в истории Пятигорска, я решил создать для нее свою «Бархатную книгу», в которую стоило бы занести самые приметные семьи, жившие на ней и игравшие ту или иную роль в истории нашего города. Таких «династий» нашлось достаточно, в том числе и таких, с представителями которых я был хорошо знаком. Одну из них я и хочу представить читателям.

О пятигорских нарзанах

«Нарзан» – в переводе с кабардинского «Богатырская вода» – главное богатство кисловодского курорта. Эта минеральная вода имеет свои особенности, отличающие ее от всех прочих лечебных вод. Но очень часто, забывая или не зная об этом, в бытовых разговорах, письмах или даже в литературных произведениях «нарзаном» называют воду любых минеральных источников – ессентукских, железноводских. И это, конечно, неверно. А вот в Пятигорске есть воды, имеющие право называться «нарзанами», поскольку они очень сходны по своим свойствам с кисловодской «богатырь-водой». Давайте вспомним, когда и как они появились.


В мае 1902 года газета «Кавказские Минеральные Воды» сообщала: «В настоящее время от главного бассейна прокладывается водопровод через Емануелевский парк на казенные участки». Речь здесь идет о будущем провальском городке. Размах строительства там ожидался нешуточный, а потому уже имевшийся водопровод, проложенный к Сабанеевским ваннам, конечно, не мог обеспечить новый район питьевой водой из Юцкого водопада.

Руководил прокладкой водопровода младший горный инженер Управления Кавказских Минеральных Вод Э. Э. Эйхельман, которому было не впервой заниматься водоснабжением городов-курортов. Дело спорилось, трасса продвигалась все дальше. Но 15 мая рабочие доложили инженеру, что рытью канавы мешают прорвавшиеся подземные воды. Обследовав препятствие, тот обнаружил подземный фонтан воды, так называемый грифон, бьющий на глубине двух аршин, то есть около полутора метров. Кисловатый вкус свидетельствовал, что вода – минеральная. Эйхельман вспомнил рассказы о том, что еще 12 лет назад инженер В. М. Сергеев, прокладывавший линию к Сабанеевским ваннам, обнаружил где-то здесь же выход минеральной воды, которому не придал значения, и потому о находке было вскоре забыто.

В отличие от предшественника, Эйхельман не отмахнулся от увиденного, поскольку был человеком пытливого ума, склонным к научному поиску. Ему принадлежало несколько исследовательских работ по геологии Кавминвод. А за год до этого скромный инженер сделался известным не только коллегам, но и широкой публике благодаря тому, что обнаружил любопытный природный феномен – участок «вечной мерзлоты» у подножья горы Развалки. Кстати сказать, это открытие тоже было связано с прокладкой водопровода – для снабжения Железноводска водой из так называемого Графского ключа.

Неизвестный минеральный источник в окрестностях Пятигорска тоже не мог не заинтересовать Эйхельмана: он передал воду подземного грифона для исследования в лабораторию Управления Вод. Анализ показал, что по своим физическим и химическим свойствам новый источник очень отличается от всех других, вытекающих у подножья Машука: он холоднее остальных, а главное – в его составе отсутствует наиболее характерный компонент пятигорских вод – сероводород, зато имеется много свободной углекислоты, что делало источник похожим на кисловодскую «богатырь-воду». Поэтому источник получил название «Новый нарзан» или «Пятигорский нарзан».

Музыковедом он стал позднее

Сегодня его имя вспоминают в основном специалисты по истории музыки. А в конце XIX и начале XX столетия оно было широко известно в музыкальном мире России. Василий Давидович Корганов. Как говорится, с младых ногтей он тянулся к музыке и к тем, кто творил ее. В юные годы брал уроки у лучших музыкальных педагогов Тифлиса и рано начал сам концертировать как пианист и дирижер. На одном из концертов он встретился с Петром Ильичом Чайковским, который дал ему несколько советов по части дирижирования. Уехав в Петербург, Василий познакомился с такими выдающимися русскими музыкантами и композиторами, как А. Рубинштейн и Ц. Кюи – они тоже помогли дальнейшему вхождению юноши в мир музыки. А позже, путешествуя по Европе, молодой музыкант общался с И. Брамсом, Ж. Массне, К. Сен-Сансом, Дж. Верди. Едва ли кто-то еще в России мог похвастаться таким букетом знакомств!

Знакомьтесь: доктор Рожер

Наверное, нет среди образованных россиян человека, не слышавшего о докторе Майере, который послужил Лермонтову прототипом доктора Вернера – приметного персонажа романа «Герой нашего времени». Впрочем, не только стараниями Михаила Юрьевича этот медик остался в истории отечественной словесности. Его приятелями были А. Бестужев-Марлинский, А. Одоевский, Н. Огарев, Н. Сатин и другие видные представители российской культуры того времени – многие из них в своих мемуарах оставили его описание или сказали в его адрес добрые слова.

У Перкальской скалы была маленькая тайна

Эта, можно даже сказать, криминальная история касается хорошо известной в Пятигорске Перкальской скалы. Тем, кому она неизвестна, коротко поясню: так именуется скалистый отрог горы Машук, стоящий отдельно от нее, с северной стороны.

Милый Саша

Так назвал Михаил Юрьевич Лермонтов декабриста Александра Одоевского в стихотворении, посвященном его памяти. На редкость тепло и поэтично сказано в нем и о самом Одоевском, и об их дружбе – краткой, но оставившей след в сердцах обоих. В глубокой симпатии к старшему товарищу, которой дышит стихотворение, нет ничего удивительного. Александр Иванович был одной из самых ярких фигур декабристского движения. Большинству наших современников, даже не слышавших о нем, хорошо известна строка из его стихотворения, написанного в ответ на пушкинское послание в Сибирь, – «Из искры возгорится пламя». Но товарищи любили и ценили его не только за эти стихи и поэтический дар, но и за жизнерадостность, умение стойко переносить удары судьбы, за всегдашнюю веселость, улыбку, почти не сходившую с приветливого лица.

Светописец Кавказа

Так обычно называют замечательного фотографа из Пятигорска Григория Ивановича Раева, создавшего своими работами обширную фотолетопись Кавказа, и в первую очередь Кавказских Минеральных Вод. В наши дни многие пятигорчане, увидев старинную фотографию, обязательно приписывают ее авторство Григорию Ивановичу. Это приятно патриотам города, но несправедливо по отношению к другим фотографам XIX столетия, творившим фотографический образ Кавказа. А их было не так уж мало. Помимо пятигорчан И. Ланге, А. Энгеля, А. Мойстлика, М. Киселева, это замечательный столичный фотограф С. Прокудин-Горский, а также тифлисский мастер Дмитрий Ермаков – не менее, а может быть, и более, чем Раев, заслуживающий титула «Светописец Кавказа».

Гуляем по бульварам

«Не верится глазам, чтобы в такой глуши можно было найти и бульвар, липами обсаженный, гладко укатанный и чисто песком усыпанный, и на нем почти такое многолюдство, как на Невском проспекте – почти такую же пестроту и щегольство, с тою только разницей, что тут подле бульвара журчит по камешкам ручей минеральной воды…» Так восторженно писал еще в первой половине XIX века о пятигорском бульваре В. Броневский. Ему вторили в своих произведениях Е. Хамар-Дабанова (Е. Лачинова), Е. Ган и другие литераторы. И А. Пушкин, вторично посетивший Пятигорск в 1829 году, в своем «Путешествии в Арзрум» записал: «Бульвар, обсаженный липками, проведен по склонению Машука».

Подписаться на этот канал RSS