Log in

16 августа 2018 года, 13:36

Вспомним о них в год собаки

О ком это – о них? О собаках, конечно! Только не просто о собаках, а о тех, которые оставили след в истории Пятигорска. Причем, след довольно заметный. Не верите, что такие были? Вот, пожалуйста…

В закатный час 14 июля 1803 года караульным Константиногорской крепости привиделась престранная картина: по дороге, ведущей от Георгиевской крепости, подъезжала телега, груженная громадной деревянной кадкой, из которой выглядывали две головы – человеческая и собачья. Именно так прибыл в наши края известный в те времена российский архитектор Николай Александрович Львов. Император Александр Павлович пожелал, чтобы он выехал на Кавказ, и там, сообразно своему усмотрению, решил, «каким образом наилучше они устроены быть могут».

Высокий чин давал Львову право на самых лучших лошадей, что весьма плачевно сказалось на его ветхом экипаже – при подъезде к Георгиевской крепости он развалился. Пришлось прибегнуть к услугам кузнеца. Но ждать, пока тот поправит дело, Николай Александрович не пожелал. Прихватив верного своего спутника – пса Шамана, он воспользовался первой же оказией – телегой, которая везла к Горячим водам кадку, будущую ванну.

Горячий источник у подножья Машука уже получил ко времени его приезда довольно широкую известность. И у единственной купальни собирались большие очереди. Томиться в них Николаю Александровичу не хотелось. Вот тут-то и его выручил верный пес Шаман – неподалеку от главного источника он нашел еще один, совершенно такой же по составу, но менее горячий. Купаться в нем было гораздо приятнее. И в благодарность за находку Львов назвал источник «Шаманов ключик». Взяв у коменданта крепости двух солдат, архитектор велел им выдолбить около нового источника небольшую ванну, и стал купаться в ней без всякой очереди. Наблюдая за работой солдат, он убедился, как легко поддается обработке травертин, слагающий гору Горячую. Это навело его на мысль выдалбливать внутри горы помещения для ванн и общих бассейнов. И, если бы не тяжелая болезнь, помешавшая Львову осуществить свои намерения, Пятигорск получил бы, благодаря псу Шаману, оригинальное ванное заведение.

Спустя несколько десятилетий целая группа собачек составила любопытную страницу в истории развлекательных учреждений Пятигорска. Мы узнаем об этом, читая, как некий «симбирский помещик… повез детей, жену и себя лечить пятигорскими водами. Прогуливаясь там между опрятными новенькими домами, выстроенными для посетителей, увидели они огромную вывеску с презатейливою собачьей комедией... Пошли, и хохотали до упада все – и малые, и большие. Тут курносая моська Жантиль, в алом фраке и голубой фуражке, расхаживает на дыбках под ручку с косматою шавкой, мадемуазель Санфасон; тут целая упряжь гнедых дворняжек везет коляску, где нарядная маленькая пеганка исправляет должность кучера; две моськи – одна в белом атласном платье, другая – в вишневом французском кафтане, сидят в коляске, а брусбарт, в ливрее, стоит на запятках; тут целая стая собак всех мастей и во всех нарядах пляшет под барабан и дудку».

Появление собачьего цирка в Пятигорске – факт сам по себе любопытный. Но нам гораздо важнее человек, описавший его. А именно – Казак Луганский – под этим псевдонимом вошел в российскую словесность Владимир Даль. Широкой публике он известен, как автор знаменитого «Толкового словаря живого великорусского языка». Но любители литературы знают его и как талантливого беллетриста. О том, что Даль был среди российских литераторов, посетивших Пятигорск, практически нет никаких сведений. Тем более ценен для нас его очерк «Находчивое поколение», свидетельствующее, что автор не только посетил наш город, но и видел выступление четвероногих циркачей. Это могло быть в 40-х годах XIX столетия, когда Даль, служивший в Министерстве уделов, не раз выезжал в южные губернии России для сбора различных данных.

Впрочем, стоит сказать, что собаки, описанные Казаком Луганским, были куда менее известны читающей России, чем бульдог Булька, о котором не забыли и сегодня. Ведь этот пес принадлежал Льву Толстому, тогда еще начинающему писателю, и вместе с ним прибыл в Пятигорск летом 1853 года. Именно благодаря Бульке многие тогдашние россияне получили яркое представление о наших краях: «Пятигорск… стоит на горе. Из этой горы течет горячая серная вода. Вода эта горяча, как кипяток, и над местом, где идет вода из горы, всегда стоит пар, как над самоваром. Все место, где стоит город, очень веселое. Из гор текут горячие родники, под горой течет речка Подкумок. По горе – леса, кругом – поля, а вдалеке всегда видны большие Кавказские горы. На этих горах снег никогда не тает, и они всегда белые, как сахар.

Одна большая гора – Эльбрус, как сахарная белая голова, видна отовсюду, когда ясная погода. На горячие ключи приезжают лечиться; и над ключами сделаны беседки, навесы, кругом разбиты сады и дорожки. По утрам играет музыка, и народ пьет воду или купается и гуляет.

Самый город стоит на горе, а под горой есть слобода. Я жил в этой слободе в маленьком домике».

Все это описано в рассказе Толстого для детей «Что случилось с Булькой в Пятигорске». Сегодня нам уже неважно, что же именно случилось с Булькой, который чуть было не попал в руки «колодников», уничтожавших бродячих собак. Но мы ценим описанную Толстым картинку Пятигорска середины XIX века, поскольку это единственные строки великого писателя, посвященные нашему городу. И, конечно, благодарны за них Бульке, без которого не было бы рассказа.

В российской литературе прошлого и настоящего есть немало теплых строк, посвященных четвероногим друзьям человека. И очень приятно, что среди них мы находим те, которые помогают нам лучше узнать наш город, чудесный Пятигорск.

Вадим ХАЧИКОВ,

заслуженный работник культуры РФ.

Другие материалы в этой категории: « Танцуют все! «Огненная потеха» на праздник »