Log in

11 августа 2020 года, 18:35

Вадим ХАЧИКОВ

Лечит не только нарзан

О том, что лечение идет успешнее, если человек во время него не скучает, знали уже первые посетители Вод и, разумеется, врачи. А потому с самых ранних лет существования курортов в развлечениях не было недостатка. Немало преуспело в том руководство Кисловодска, о чем и пойдет наш рассказ.

Есть на Кавказе пик Динника

Сразу же после венчания он привел новобрачную в свой дом, усадил на диван в гостиной и, сказав: «Анечка, ты посиди здесь, а я схожу на охоту», торопливо убежал, оставив ее в полной растерянности… Что это – чудачество? Душевная черствость? Равнодушие к молодой жене? Нет, увлеченность, занимавшая большую часть свободного времени. А его у преподавателя Ольгинской женской гимназии Ставрополя было не так уж много.

Первые визиты Мельпомены и Талии

Театральная жизнь на Кавказских Минеральных Водах началась далеко не сразу после того, как здесь появились курортные поселения. Ведь для того чтобы играть спектакль, нужны достаточно вместительные залы, соответствующим образом оборудованные сцены, актеры, реквизит, а главное, публика, желающая видеть сценическое действо.

Стихи, пьесы, мемуары…

В школе конца 40-х годов, когда я заканчивал ее, Есенина не изучали – лишь скороговоркой упоминали. А я именно тогда увлекся им. Есенин покорил меня певучестью строк, красотой чувств, яркостью образов. На филфаке нашего пединститута Есенина тоже тогда не жаловали, но соприкоснуться с поэтом помог мой любимый профессор Виктор Иосифович Филоненко. Несмотря на разницу в возрасте, он относился ко мне как к младшему товарищу. Приглашал к себе домой, где мы часами беседовали о самом разном.

Сюрпризы полицмейстера Бетаки

Удивительный все-таки наш город Пятигорск! Удивляет он по-разному, и, в частности, тем, что умеет волшебным образом раскрывать своих жителей и гостей. Многие из них на первый взгляд покажутся скромными, неприметными, не интересными. Но Пятигорск позволяет нам разглядеть в них такое, что только диву даешься: до чего же любопытная фигура! Какие дела совершал, в каких событиях участвовал, с какими знаменитыми личностями был связан!

Весомые «ноли»

Есть такое свойство у человеческой психики – пристрастие к круглым цифрам. Особенно заметно оно в отношении к юбилеям. Мы широко и торжественно отмечаем десяти-, двадцати- или тридцатилетия каких-то событий, не говоря уже о полувековых и вековых датах. И никому не придет в голову особо пышно праздновать, скажем, четырнадцати- или двадцатитрехлетие кого-то или чего-то… Год наступивший дает нам возможность отмечать «красивые», идеально круглые, юбилейные даты. Ведь события, служащие поводом для празднования, приходятся на годы, у которых последняя цифра – «ноль». Причем «нолики» эти, если мы будем говорить об истории Пятигорска, окажутся довольно весомыми, поскольку некоторые события, ими отмеченные, весьма и весьма приметны.

Достойны «Бархатной книги»

У российского дворянства, уделявшего большое внимание своему родословию, имелась так называемая «Бархатная книга», содержащая сведения о наиболее известных фамилиях, игравших важную роль в истории России. Работая над книгой об улице Теплосерной, особо значимой в истории Пятигорска, я решил создать для нее свою «Бархатную книгу», в которую стоило бы занести самые приметные семьи, жившие на ней и игравшие ту или иную роль в истории нашего города. Таких «династий» нашлось достаточно, в том числе и таких, с представителями которых я был хорошо знаком. Одну из них я и хочу представить читателям.

О пятигорских нарзанах

«Нарзан» – в переводе с кабардинского «Богатырская вода» – главное богатство кисловодского курорта. Эта минеральная вода имеет свои особенности, отличающие ее от всех прочих лечебных вод. Но очень часто, забывая или не зная об этом, в бытовых разговорах, письмах или даже в литературных произведениях «нарзаном» называют воду любых минеральных источников – ессентукских, железноводских. И это, конечно, неверно. А вот в Пятигорске есть воды, имеющие право называться «нарзанами», поскольку они очень сходны по своим свойствам с кисловодской «богатырь-водой». Давайте вспомним, когда и как они появились.


В мае 1902 года газета «Кавказские Минеральные Воды» сообщала: «В настоящее время от главного бассейна прокладывается водопровод через Емануелевский парк на казенные участки». Речь здесь идет о будущем провальском городке. Размах строительства там ожидался нешуточный, а потому уже имевшийся водопровод, проложенный к Сабанеевским ваннам, конечно, не мог обеспечить новый район питьевой водой из Юцкого водопада.

Руководил прокладкой водопровода младший горный инженер Управления Кавказских Минеральных Вод Э. Э. Эйхельман, которому было не впервой заниматься водоснабжением городов-курортов. Дело спорилось, трасса продвигалась все дальше. Но 15 мая рабочие доложили инженеру, что рытью канавы мешают прорвавшиеся подземные воды. Обследовав препятствие, тот обнаружил подземный фонтан воды, так называемый грифон, бьющий на глубине двух аршин, то есть около полутора метров. Кисловатый вкус свидетельствовал, что вода – минеральная. Эйхельман вспомнил рассказы о том, что еще 12 лет назад инженер В. М. Сергеев, прокладывавший линию к Сабанеевским ваннам, обнаружил где-то здесь же выход минеральной воды, которому не придал значения, и потому о находке было вскоре забыто.

В отличие от предшественника, Эйхельман не отмахнулся от увиденного, поскольку был человеком пытливого ума, склонным к научному поиску. Ему принадлежало несколько исследовательских работ по геологии Кавминвод. А за год до этого скромный инженер сделался известным не только коллегам, но и широкой публике благодаря тому, что обнаружил любопытный природный феномен – участок «вечной мерзлоты» у подножья горы Развалки. Кстати сказать, это открытие тоже было связано с прокладкой водопровода – для снабжения Железноводска водой из так называемого Графского ключа.

Неизвестный минеральный источник в окрестностях Пятигорска тоже не мог не заинтересовать Эйхельмана: он передал воду подземного грифона для исследования в лабораторию Управления Вод. Анализ показал, что по своим физическим и химическим свойствам новый источник очень отличается от всех других, вытекающих у подножья Машука: он холоднее остальных, а главное – в его составе отсутствует наиболее характерный компонент пятигорских вод – сероводород, зато имеется много свободной углекислоты, что делало источник похожим на кисловодскую «богатырь-воду». Поэтому источник получил название «Новый нарзан» или «Пятигорский нарзан».

Музыковедом он стал позднее

Сегодня его имя вспоминают в основном специалисты по истории музыки. А в конце XIX и начале XX столетия оно было широко известно в музыкальном мире России. Василий Давидович Корганов. Как говорится, с младых ногтей он тянулся к музыке и к тем, кто творил ее. В юные годы брал уроки у лучших музыкальных педагогов Тифлиса и рано начал сам концертировать как пианист и дирижер. На одном из концертов он встретился с Петром Ильичом Чайковским, который дал ему несколько советов по части дирижирования. Уехав в Петербург, Василий познакомился с такими выдающимися русскими музыкантами и композиторами, как А. Рубинштейн и Ц. Кюи – они тоже помогли дальнейшему вхождению юноши в мир музыки. А позже, путешествуя по Европе, молодой музыкант общался с И. Брамсом, Ж. Массне, К. Сен-Сансом, Дж. Верди. Едва ли кто-то еще в России мог похвастаться таким букетом знакомств!

Знакомьтесь: доктор Рожер

Наверное, нет среди образованных россиян человека, не слышавшего о докторе Майере, который послужил Лермонтову прототипом доктора Вернера – приметного персонажа романа «Герой нашего времени». Впрочем, не только стараниями Михаила Юрьевича этот медик остался в истории отечественной словесности. Его приятелями были А. Бестужев-Марлинский, А. Одоевский, Н. Огарев, Н. Сатин и другие видные представители российской культуры того времени – многие из них в своих мемуарах оставили его описание или сказали в его адрес добрые слова.

Подписаться на этот канал RSS